Загадка «турецкого бугимена»

puzzle of Turkeys bogeyman - 1

От таинственного приглашения встретиться с хворающим лидером движения мирового масштаба, живущего в добровольном изгнании, отказаться было невозможно.

Я наклоняюсь через перила деревянного моста и смотрю на свое отражение в чистой воде, текущей внизу. Солнце садится и осколки света отражаются от водной поверхности, делая окрестности еще более эфемерными.

Я бросаю взгляд на свой телефон – часы показывают 19:22. «Интервью не будет», – думаю я вот уже энный раз за день. Возможно, весь смысл был в том, чтобы просто приехать сюда.

Это – таинственное и красивое место.

Оно расположено в сельском Сейлорсберге, штат Пенсильвания, глубоко в горах Поконо. Я одна из шести южноафриканских журналистов, которым предоставили редкую возможность получить аудиенцию живущего в добровольном изгнании турецкого богослова и духовного лидера Фетхуллаха Гюлена в Центре поклонения и уединения Golden Generation, являющегося местом его пребывания с 1999 года.

Я говорю «получить аудиенцию» потому, что мы не уверены в том, что после 16-часового перелёта из Йоханнесбурга и двух с половиной часов езды из Нью-Йорка, мы получим возможность взять интервью или же будем удостоены лишь краткого приёма со стороны 77-летнего религиозного деятеля. Мы мало что знали о том, куда мы направлялись и почему мы были выбраны среди журналистов по всему миру, которые просили о личной встрече с ведущим затворнический образ жизни мусульманским богословом.

Гюлен возглавляет движение «Хизмет» – вдохновленную идеями суфизма сеть турецких мусульман, которое посвятили себя продвижению образования, мира и межконфессионального диалога. Гюлен ни разу не был женат и не имеет детей, однако его учение мобилизовало добровольческое движение, в которое входят миллионы людей по всему миру.

Движение «Хизмет» имеет заметное присутствие в ЮАР, где несколько НКО и школ действуют вот уже много лет. Мечеть «Низамие» в Мидранде, которая, как считается, является самой большой мечетью в южном полушарии, построил друг Гюлена Али Катырджыоглу – известный сторонник движения, живущий сейчас в изгнании в ЮАР. Хотя Гюлен и его движение могут показаться безобидными, правительство Турции объявило их террористами, обвинив в попытке насильственного свержения власти в этой стране в июле 2016 года. Задолго до неудавшегося военного мятежа турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган начал репрессии против движения «Хизмет», арестовывая и помещая под стражу любого, кто с ним связан.

Попытка переворота стала триггером тотального наступления на движение «Хизмет» с повальными арестами и нарастающими чистками, призванными финансово парализовать членов движения. Оно включало в себя закрытие газет, информационных агентств и телеканалов.

Тысячи людей, в числе которых судьи, прокуроры, государственные служащие, учёные, учителя, доктора и журналисты, находятся в тюрьмах Турции. Многие тысячи бежали в разные части света, включая ЮАР.

Эрдоган ведет скоординированную кампанию по закрытию гюленовских школ, НКО и коммерческих структур, пытаясь убедить правительства других стран в том, что они представляют собой фронты террористической деятельности. Его величайшее стремление, помимо превращения в халифа всего исламского мира, это добиться экстрадиции Гюлена из США для того, чтобы тот предстал перед судом по обвинениям в терроризме.

Не могут вернуться на родину

Сопровождающие нас в этой поездке журналист Туркмен Терзи и правозащитник Атилла Даг, которые оба живут в ЮАР и не могут вернуться на родину, рассказывают нам, что Гюлен страдает от сахарного диабета.
Когда мы прибыли на огороженную территорию комплекса в первой половине дня, нам сообщили о том, что самочувствие Гюлена ухудшилось и он отдыхает; мы, очевидно, сможем увидеть его в обед.

Нам разрешили прогуляться по ухоженным газонам с листвой, и посоветовали дойти до пруда, расположенного внизу. Как это и предполагается статусом религиозного или духовного места, люди здесь занимаются своими делами невозмутимо. Спокойствие чуть ли не вызывает тревогу.

Сторонники движения «Хизмет» приезжают со всех уголков мира для того, чтобы молиться вместе со своим лидером и приобрести у него знания. Несмотря на свое слабое здоровье, Фетхуллах Гюлен всё еще продолжает свои выступления.

Нас приглашают на обед в общей столовой, где люди суетятся вокруг для того, чтобы оказать нам хороший прием. Один из старейшин говорит нам, что сегодня Гюлен чувствует себя плохо и что мы сможем увидеть его только тогда, когда он придёт на вечернюю молитву.

После обеда мы отправляемся в небольшой зал в основном здании комплекса, в котором находится помещение для молитв и личные покои Гюлена. Я всё смотрю на дверь далее по коридору, желая, чтобы она открылась.

Интересно, что врач Гюлена был одним из тех, кто угощал нас чаем и обносил тарелками с финиками, изюмом и орехами.

«Шестеро твоих детей умирали бы каждый день»

Я решаю спросить доктора о состоянии Гюлена. Он объясняет, через переводящего наш разговор Дага, что сочетание сахарного диабета и высоко артериального давления весьма ослабило Гюлена и что его состояние усугубляется сильнейшим стрессом.

Гюлен сообщил ему, что травма, которую он испытывает, слыша о страданиях своих последователей, равносильна тому, как если бы «шестеро твоих детей умирали бы каждый день».

Теперь мне хочется увидеть его еще больше. Возможно, ему больше не представится случая выступить публично. Но время медленно тянется.

Нас провожают в комнаты для гостей. Большую часть послеобеденного времени я провожу лежа на замшевом диване, глядя на густой лес.

Поскольку Интернета нет, я не имею возможности погуглить темы, возникающие у меня в голове, например, «Дэвид Кореш и осада в Уэйко» и «Слежка ЦРУ за турецким религиозным деятелем».

«Здесь можно было бы снять политический триллер», – думаю я, «со спецназовцами, идущими на штурм со стороны леса и высаживающимися с вертолетов, пока главного героя спасают через секретный подземный туннель». Поэтому я была в шоке, узнав позднее о том, что несколько месяцев назад некто арендовал вертолет для совершения облёта комплекса и проведения воздушной съемки, после чего фотографии были опубликованы в турецких проправительственных СМИ.

Тогда этнические турки, поддерживающие Эрдогана, собрались у въезда в комплекс и предприняли попытку силового проникновения на территорию, чтобы добраться до Гюлена.

Наши надежды слабеют

Солнце садиться и нас приглашают понаблюдать за вечерней молитвой. Гюлена нет и наши надежды увидеть его слабеют.

По окончании молитвы мы толпой направляемся в столовую, будучи проинформированными о существовании последнего шанса выхода Гюлена к заключительной ночной молитве.

Когда ужин подошёл к концу, боковая дверь неожиданно отворилась и двое мужчин быстро заговорили на турецком. Мы вскочили в мгновение ока – наш час, очевидно, настал.

Но, увы, нас привели в небольшую комнату приемов, где доктор вновь угощал нас чаем.

Затем у двери возникает оживление, и люди быстро перемещаются туда и сюда.

Продолжение следует

Ранджени Мунусами

Times Live

Top