Сура «Курайш» и знание доисламского арабского общества

kureyş-1

В то время, когда я учился, и Св. Коран, и хадисы изучались в качестве текстов вне зависимости от исторического контекста. И сейчас, полагаю, ситуация не изменилась. Все религиозные знания, которые я получил в кругу семьи, на курсах по изучению Св. Корана и в лицейские годы, основывались на этой философии, на этой ментальности, на этом понимании и на этой системе. До начала обучения на теологическом факультете в Анкарском университете, я не имел ни общего представления о социальных, культурных, экономических или религиозных структурах общества, в котором ниспосылалось Божественное откровение, ни обладал отпечатавшимися в моем сознании сведениями о причинах ниспослания / произнесения хотя бы одного аята / хадиса. Даже сегодня, напрягая свою память и мысленно отправляясь в прошлое, я не могу вспомнить ничего, кроме рассказов о погребении девочек заживо, открытом совершении прелюбодеяний и прочих нарративов ментальности, основанной на принижении эпохи невежества (джахилия) ради возвышения ислама. Я не учился в лицее имамов-хатипов. Не знаю, повлияла ли на это моя учеба в лицее или нет, но помимо частого посещения религиозных бесед я имел базис в виде постоянного прослушивания проповедей многих известных проповедников, от покойного Тахира Бюйюккёрюкчю до Ахмета Ванлы и Тимурташа-ходжы. Но несмотря на это, итог не меняется: я и мое поколение не имеем достаточных знаний об историческом контексте аятов и хадисов.

То, что я узнал в начале своего обучения на теологическом факультете Анкарского университета, заставило меня задуматься о неправильности этой ментальности и системы. Если я не упомяну имён, то это будет несправедливо. Нешет Чагатай не вёл у нас предметов, однако его работу «İslam’dan Önce Arap Tarihi ve Cahiliye Çağı» («Доисламская арабская история и эпоха невежества») мы изучали в качестве учебника под руководством такого маститого преподавателя, как Хусейин Гази Юртайдын. Мустафа Файда в те дни имел звание доцента, однако для меня шоком было то, что рассказывая об эпохе досточтимого Умара, которой была посвящена его докторская диссертация, он практически любое событие связывал с эпохой невежества. Несими Языджы читал лекции по своей книге «İlk Türk İslam Devletleri Tarihi» («История первых мусульманских государств тюрков»), постоянно акцентируя внимание на связанности религии и истории. Разъяснения Сабри Хизметли и Хасана Оната при изучении истории мазхабов становились понятными лишь при знании джахилии. Поучительным было то, что говоря о хариджитах, шиитах, джабаритах, мутазилитах, матуридитах, ашаритах, они постоянно погружались в прошлое вплоть до эпохи невежества и указывали на исторические корни указанных воззрений. То, что разъясняли такие преподаватели, как Хусейин Атай и М. Саид Языджыоглу в схоластике, Талат Кочйигит, Мехмет С. Хатипоглу, Мехмет Шимшек и Мучтеба Угур – в хадисоведении, Исмаиль Джеррахоглу и ныне покойные Салих Акдемир и Мевлют Гюнгёр – в коранической экзегетике, Абдулькадир Шенер и покойный Ибрахим Чалышкан – в каноническом праве, в конце концов упиралось в эпоху невежества. В результате всего этого я мысленно пришёл к тому, что без подлинного понимания джахилии невозможно понять ислам и в истинном смысле постичь Св. Коран и Сунну.

И сегодня я считаю также. Скажу даже больше: для правильного понимания ислама необходима самостоятельная дисциплина, в которой в совокупности рассматривались бы все политические, экономические, религиозные, культурные, военные аспекты эпохи джахилии, точнее доисламского арабского общества. Пойду еще дальше: по аналогии с тем, что муджатахиду для вынесения решения по рассматриваемому вопросу необходимо знание религиозного, психологического, социологического, экономического и культурного контекстов того мира и общества, в котором он живёт, и принятие во внимание проекций выносимого решения в этих сферах, так и для правильной интерпретации аятов и хадисов в случае извлечения им норм или обращения к ним для подтверждения правового решения в рамках общих принципов ему необходимо знать доисламское арабское общество со всеми его особенностями. Если вы обратили внимание, я не говорю о том, что достаточным является углублённое знание арабского языка. Это и так является непременным условием. Если угодно, можно считать знание досиламского арабского общества со всеми его аспектами дополнительным условием достаточной квалификации муджтахида для вынесения правовых решений. Да, я говорю именно это. Подобно тому, как не может быть муджтахидом человек, не знающий условий той эпохи, в которую он живет, так и не может быть и не должен быть муджтахидом тот, кто не знает доисламское арабское общество. Ибо такой человек не сможет верно интерпретировать аяты и хадисы, равно как занявшие свое место в традиции правовые решения.

Можно понять, почему муджтахиды ранних эпох не выделили это в качестве условия для занятия иджтихадом. Возможно, соответствующей потребности не было из-за того, что условия общественной жизни этих людей, живших в первые три века [после хиджры] и в основном в Хиджазе, были относительно такими же, [или] из-за существования поколения сподвижников и табийинов, бывших свидетелями и знающих причины ниспослания / произнесения аятов/хадисов. Мы же живем 15 веков спустя, в совершенно иной культурной среде и арабский язык не является для нас родным.

Продолжение следует

Ахмет Куруджан

TR 724 (перевод приводится с сокращениями)

Top