Смыслы аятов, причины ниспослания, внутри- и межтекстовые связи, контекст и посыл (часть 8)

Kuran-8

Ссылки на предыдущие части: часть 1 часть 2 часть 3 часть 4 часть 5 часть 6 часть 7

Текст, который вы читаете, не является переводом фрагмента из той серии статей Ахмета Куруджана, которые публикуются на нашем сайте под общим названием «Смыслы аятов, причины ниспослания, внутри- и межтекстовые связи, контекст и посыл». Изначально этот текст замысливался как небольшое пояснение к ее предыдущей части. Вследствие сложности рассматриваемой темы и вытекающей из этого необходимости «писать осторожно», которой придерживается автор, для некоторого раскрытия как обсуждаемого предмета, так и авторской логики мы посчитали необходимым совершить небольшое отступление от темы, вновь предоставив слово самому Ахмету Куруджану, который в своем более раннем интервью Эркаму Туфану не только высказался об историчности, но и привел примеры того, как сподвижники порой поступали вразрез с буквальным смыслов слов Посланника Аллаха (с.а.с.) и коранических аятов.

В этом интервью, касаясь вопроса о том, что термин «историчность» в Турции является весьма «дискуссионным» и «опасным», А. Куруджан заявил: «В то, что Св. Коран является надысторичным и универсальным со всеми своими аятами, я тоже верю, однако то, что аяты являются универсальными и надысторичными не означает, что их необходимо воплощать в жизнь сообразно их видимым буквальным смыслами», и именно это, по его словам, является точкой его расхождения с оппонентами.

Далее по ходу интервью он подчеркнул, что сподвижники не воспринимали каждое слово Посланника Аллаха (с.а.с.) как обязательное для исполнения всеми верующими вплоть до Судного дня. Сподвижники, говорит А. Куруджан, конечно же, воспринимали как обязательное для исполнения всё то, что касалось поклонений, те слова и поступки Посланника Аллаха (с.а.с.), которые он говорил или делал в качестве пророка. Например, в том, что касалось совершения намаза или соблюдения поста, речь шла о статусе Посланника Аллаха (с.а.с.) как пророка, ибо как необходимо поклонятся показать мог лишь пророк, поэтому сподвижники совершали намаз так, как его совершал он (с.а.с.), соблюдали пост так, как его соблюдал он (с.а.с.) и т. д. Однако когда Посланник Аллаха (с.а.с.) говорил нечто, что касалось общественной жизни / повседневной жизни, они анализировали и размышляли над его словами, задавались вопросами о том, правильно это или нет, и с легкостью спрашивали его об этом.

Например, перед битвой при Бадре Посланник Аллаха (с.а.с.), исходя из собственного понимания и имеющегося у него опыта, велел войскам занять определенные позиции. Сподвижник Хубаб ибн аль-Мунзир, на основе собственных знаний и военного опыта, посчитал, что подобное расположение войск является неудачным. Однако, прежде чем высказать Пророку (с.а.с.) свое мнение, он спросил его: «Расположение войск таким образом – это откровение от Аллаха или ваше решение?». После того, как Пророк (с.а.с.) ответил, что это его личное решение, Хубаб высказал свое мнение по этому поводу, после чего в соответствие с его мнением войска были передислоцированы и расположены по-другому. Это, по словам А. Куруджана, показывает неправильность имеющегося воззрения о том, что все слова, сказанные Посланником Аллаха в социальной, экономической и подобных сферах, являются обязательными к исполнению вплоть до Судного дня и что все верующие непременно должны поступать таким образом.

Еще один пример – сказанные им при отправке сподвижников в поход против бану Курайза слова «Пусть никто не совершает послеполуденный намаз иначе как у [поселения] бану Курайза!». Время послеполуденной молитвы наступило тогда, когда сподвижники еще находились в пути, и часть из них решила сразу же совершить намаз, посчитав, что пророческие слова были сказаны в смысле указания им на необходимость поторопиться, тогда как другая часть сподвижников посчитала необходимым совершить намаз именно после достижения поселения бану Курайза. Когда позднее об этом было сказано Пророку (с.а.с.), он не осудил ни первых, ни вторых.

Ахмет Куруджан в своем интервью также отмечает, что схожая логика применима и в отношении коранических аятов. По его словам, своими аятами Св. Коран предлагал конкретные решения конкретных проблем, которые имелись в том обществе, в котором эти аяты ниспосылались. Например, согласно 60-му аяту суры «Покаяние» одной из категорий людей, имеющих право на получение закята, являются муалляфат аль-кулюб – люди, чьи сердца хотят завоевать. Исходя из этого аята Посланник Аллаха (с.а.с.) раздавал часть собранного закята тем, кто недавно принял ислам, тем, кого он хотел привлечь в ислам, а также тем, чье зло он хотел нейтрализовать. После смерти Посланника Аллаха (с.а.с.) во время правления Абу Бакра будущий халиф Умар выступил против выплат для муалляфат аль-кулюб из средств, собранных в качестве закята. Мотивировал он это тем, что в момент ниспослания указанного аята положение ислама было недостаточно сильным, тогда как в их время ситуация поменялась и соответствующей необходимости / валидности не стало, и во время своего правления такие выплаты из средств, собранных в качестве закята, Умар не осуществлял. Таким образом, досточтимый Умар пошёл вразрез не только с буквальным смыслом рассматриваемого аята, но и с соответствующей пророческой практикой. При этом, подчеркивает А. Куруджан, речь об аннулировании самого аята не шла – в тот момент, исходя из имевшихся условий, соответствующая норма была приостановлена. Но в каких-то иных условиях может опять возникнуть необходимость действовать в соответствие с указанной нормой соответствующего аята.

Аналогичным образом, отмечает А. Куруджан, несмотря на соответствующий аят в суре «Трофеи», равно как имевшие место пророческие практики, досточтимый Умар отказался раздавать участникам военного похода против Персии плодородные земли Савада. Поступил он так из опасения, что в будущем это приведет к социоэкономическому дисбалансу в обществе: участники военного похода и их потомки сильно разбогатеют, владея этими землями, а экономическое положение остальных людей ухудшится. Таким образом, и в этом случае Умар приостановил соответствующую норму аята из суры «Трофеи», который регламентирует распределение военной добычи. При этом в качестве довода он привёл 7-й аят суры «Собрание»: «Добыча, которую Аллах вернул Своему Посланнику от жителей селений, принадлежит Аллаху, Посланнику, родственникам Пророка, сиротам, бедным и путникам, дабы не досталась она богатым среди вас…» (59:7).

Указанные мысли Ахмета Куруджана и приведенные им примеры, безусловно, не являются прямым пояснением к тому материалу, который был опубликован на прошлой неделе. Тем не менее, мы надеемся, что всё это позволило нашим читателям получить более четкие представления о рассматриваемом предмете и защищаемых автором тезисах.

Top