Накапливающиеся улики свидетельствуют о том, что турецкая разведка завербовала ученика Гюлена с целью подставить движение «Хизмет» (окончание)

Adil_Oksuz-4

Предыдущие части доступны по следующим ссылкам: часть 1 часть 2 часть 3

Когда Оксюз был задержан, жандармерия изъяла у него два телефона (Samsung Note 5 и iPhone 6), кожаный портфель, 11 450 турецких лир и 3 600 долларов США. У него также имелось GPS-устройство для определения координат, которое ему удалось спрятать и не предъявить жандармам. Жандармы обнаружили устройство, когда он попытался избавится от него, бросив в туалет. Запись о данном инциденте была документально оформлена и подписана тремя сержантами, начальником окружной жандармерии и самим Оксюзом, который признал, что это устройство принадлежало ему. Согласно другому документу, подписанному в тот же день, в 14:30 GPS-устройство было передано начальнику полиции Хакану Кутлу из управления по борьбе с организованной преступностью.

Правительство приказало окружной жандармерии передать всех задержанных и их личные вещи органам полиции, которые были уполномочены проводить расследования и допросы, а также оформлять подозреваемых. Вскоре после задержания Оксюза для допроса, оформления и конвоирования подозреваемых в отделение жандармерии приехало шесть полицейских машин и три машины без опознавательных знаков. Полицейские увезли группу задержанных в другое место, однако Оксюза они не забрали, хоть и заявили, что они за ним приедут.

Позже полицейские позвонили в окружную жандармерию и велели включить Оксюза в группу офицеров, сдавшихся на базе ВВС, которую прямиком отправили в прокуратуру, располагающуюся в здании суда Синджана.

Факт обнаружения GPS-устройства был упомянут в обвинительном заключении по делу о событиях на базе ВВС Акынджы, но прокурор пропустил эту ключевую деталь в обвинительном заключении, что было позднее обнаружено во время судебного процесса. Сенсационное разоблачение было сделано лейтенантом Озаем Джёделем во время слушаний в 4-м суде Анкары по особо тяжким уголовным преступлениям 17 июля 2018 года: «Адиль Оксюз, который был задержан с GPS-устройством, входящим в оснащение НРО, таинственным образом сбежал или был похищен», – заявил он в суде. Джёдель был вместе с Оксюзом в жандармском участке.

Согласно документу, датированному 18 июля и подписанным начальником окружной жандармерии Муратом Боздоганом, Оксюз приехал к ним в участок после своего освобождения в суде в 06:32 18 июля. Он забрал все свои личные вещи, которые были у него изъяты при задержании, и подписал документ, подтверждая, что его личные вещи были ему возвращены.

Это было весьма странно и фактически шло вразрез с Уголовно-процессуальным кодексом. Личные вещи, подобные телефонам и GPS-устройствам, подлежали осмотру со стороны экспертов и их должны были представить в качестве улик в материалах дела. Подобная процедура не была применена по отношению к Оксюзу, с которым, очевидно, обошлись по-особенному на фоне остальных, которые были задержаны вместе с ним.

Во время нахождения под стражей в жандармском участке, Оксюзу 17 июля нанёс визит особенный гость из аппарата премьер-министра. Али Ихсан Сарыкоджа, высокопоставленный чиновник, который был советником в аппарате премьер-министра, взял на себя труд посетить его во время неразберихи. Сарыкоджа был одним из наиболее доверенных помощников Эрдогана и работал вместе с ним с 1990-х годов. Он возглавлял Коммуникационный центр аппарата премьер-министра, [занимая] важную должность, на которой рассматриваются жалобы, наводки и разведывательные данные, а также осуществляется содействие в преследовании критиков правительства посредством информации, передаваемой по горячей линии, зачастую анонимно.

Сарыкоджа задействовал офицера полицейской разведки по имени Сертель Кочак для того, чтобы получить доступ к находящемуся под стражей Оксюзу, и смог его освободить. Он разговаривал с этим офицером полиции 27 раз в период между 14 и 22 июля.

Согласно свидетелям, Сарыкоджа разговаривал с Оксюзом на арабском языке, возможно для того, чтобы остальные не подслушали их разговор. Необычный визит добавил доверия утверждениям, что Оксюз на самом деле работал на правительство.

Согласно показаниям свидетелей, Оксюза обошли стороной сильные избиения и пытки в участке, тогда как всех остальных полицейские ударяли, пинали и избивали. Полицейские уже знали, что Оксюз является «имамом», аффилированным с движением Гюлена, но его не трогали.

Позже Оксюза перевезли в здание суда в Синджане и поместили в камеру вместе с дюжиной армейских офицеров. Пока они находились в ожидании, пришёл старший сержант жандармерии Осман Гёк и приказал сержанту Серкану Чораплы отдать Оксюзу принадлежащий тому сотовый телефон, находившийся в сумке с уликами. У Оксюза было два телефона, и он отказался пользоваться тем телефоном, который дал ему сержант, попросив вместо него другой, который также находился в сумке, и его получил.

Он совершил звонок в 15:09 через приложение для того, чтобы не оставить никаких следов касательно своего собеседника. Его разговор длился пять минут. Свидетели говорят, что он говорил по телефону тихим голосом. Кому он позвонил и с кем он говорил в течение пяти минут так и осталось невыясненным.

Во время судебных разбирательств несколько подсудимых попросили суд выдать предписание об истребовании записей с камер видеонаблюдения в здании суда Синджана во временном промежутке с 16 по 17 июля, в котором Оксюз совершил телефонный звонок. В сентябре 2017 года суд удовлетворил этот запрос. Однако заместитель главного прокурора Эргюн Шахин сообщил суду, что записи с камер видеонаблюдения были уничтожены и не могут быть восстановлены.

Передвижения Оксюза после освобождения рисуют картину человека, которому не о чем волноваться. Он не спешил скрываться. Он даже забронировал 18 июля билет на самолет под своим именем и вылетел в Стамбул национальным перевозчиком «Турецкие авиалинии», хоть и знал, что вся информация о бронированиях и полетах «Турецких авиалиний» мониторится НРО в режиме реального времени. Какое-то время он побыл в Стамбуле, а затем решил посетить свою родню со стороны жены в Сакарье. Его поездки за рубеж с 2014 года также показывают, что он использовал «Турецкие авиалинии» в качестве предпочтительного перевозчика.

Поездки Адиля Оксюза между 2014 и 2016 годами показывают, что в то время, когда он, как считается, находился под следствием, он предпочитал путешествовать «Турецкими авиалиниями». Он знал, что разведка следила за ним в режиме реального времени каждый раз, когда он летал «Турецкими авиалиниями»:

Примечательно, что в отношении Оксюза с 2014 года велись расследования, а в 2015 году был выдан ордер на слежку за ним. На раннем этапе его определили как человека якобы координирующего связи группы Гюлена с турецкой армией, однако он оставался на свободе, без каких-либо трудностей путешествуя в Турции и за ее пределами. Его перемещения ещё больше укрепляют веру в то, что он был агентом НРО. Оксюз отправился в США 11 июля и вернулся день спустя для того, чтобы поддержать правительственный нарратив о том, что он получил от Гюлена приказ начать государственный переворот. Гюлен отверг эти обвинения.

Во время проведения расследований всплыло еще больше интересных фактов об имеющей отношение к Оксюзу причастности НРО к путчу. Согласно показаниям офицера разведки Управления общественной безопасности Ахмета Джамгёза, который работал в жандармском участке округа Казан, около полудня 16 июля патруль заметил черную Honda CR-V, припаркованную на обочине около базы ВВС Акынджы, которая, как утверждается, была штаб-квартирой путчистов. Патруль приблизился к автомобилю с целью проверки документов.

«В машине находились четверо человек с водителем. Водитель вышел из машины и сказал: «Спокойно!», показав свои документы. Увидев, что это удостоверение НРО, мы их отпустили», – сообщил Джамгёз суду. Оксюз, как сообщается, был задержан рядом с этим местом 16 июля.

Абдуллах Бозкурт

Nordic Monitor (перевод приводится с сокращениями)

Top