Накапливающиеся улики свидетельствуют о том, что турецкая разведка завербовала ученика Гюлена с целью подставить движение «Хизмет» (часть 3)

Adil_Oksuz-3

Предыдущие части доступны по следующим ссылкам: часть 1 часть 2

Быть может, наиболее значимое подтверждение пришло от самой НРО, когда ведомство запланировало похитить человека, которого позднее заставят взять на себя ответственность за якобы имевшую место подделку. Разведывательный орган действительно привёл в действие план, полагая, что это поможет отвлечь внимание от ведомства. Агенты похитили человека при свете дня в то время, когда он был с женой и детьми, несколько месяцев держали его в тайной тюрьме и запытали до такой степени, что он был вынужден согласиться на то, что ему велели сделать агенты НРО. Как представляется, это нанесло смертельный удар по усилиям ведомства, направленным на отрицание.

Салим Зейбек, 40-летний бывший сотрудник Совета по информационным технологиями и коммуникациям (Bilgi Teknolojileri ve İletişim Kurumu) был похищен НРО 21 февраля 2019 года в приграничном турецком регионе Эдирне. Его отвезли в засекреченное место и там подвергли пыткам. Он неожиданно появился в полицейском участке 28 июля 2019 года после того, как агенты НРО выдали его для формальных процедур в рамках системы уголовного правосудия.

Супруга Зейбека была вместе с ним, когда трое мужчин в автомобиле вынудили его резко остановится и его увезли. Несмотря на десятки свидетелей, наличие камер видеонаблюдения на месте пришествия и многочисленные ходатайства, поданные его женой в государственные органы, прокуратуру, полицию и ООН, власти Турции не провели каких-либо расследований относительно его исчезновения.

Когда Зейбек неожиданно появился в полицейском участке месяцы спустя, его заставили дать первые официальные показания, основанные на заявлении в письменной форме, которое он принёс с собой, утверждая, что он находился в бегах и решил дать показания и всё рассказать. Он не упоминал о своем похищении и пытках, а также не объяснил, почему его супруга несколько месяцев вела кампанию для того, чтобы найти его. Было ясно, что он испытывал ужас от повторного прохождения через все эти испытания в случае отказа следовать инструкциям НРО.

Зейбек сделал несколько заявлений, в том числе о том, что он является тем, кто сфабриковал «Бланк сотрудничества» в отношении Оксюза. В тюрьме Синджан его держали в одиночной камере и не разрешали с кем-либо общаться. В течение какого-то времени администрация тюрьмы не посылала его даже в суд во время судебных слушаний по делу об убийстве российского посла Андрея Карлова в нарушение ходатайств адвокатов защиты и постановлений судьи. Было ясно, что разведывательное ведомство беспокоилось о том, что Зейбек может всё рассказать. Его похитители хотели удостоверится, что он будет придерживаться подготовленной сюжетной линии, изолируя его от остальных в тюрьме и не давая ему появляться на судебных слушаниях.

Когда в конце концов Зейбек появился в суде 3 марта 2020 года, он казался напуганным, взволнованным и обеспокоенным. Его ответы были уклончивыми, туманными и иногда противоречили его предыдущим показаниям в полицейском участке. Его руки дрожали и ему было тяжело удерживать зрительный контакт. Было ясно, что он был травмирован испытаниями, которые он пережил от рук своих похитителей из НРО.

Однако уловки для подрыва судебных слушаний не закончились. В определенный момент во время перекрёстного допроса, когда он заявил то, что противоречило его показаниям в полицейском участке, в зале суда отключилось электричество, выключившее Информационную систему национальной юстиции (UYAP), которая записывала слушания для протоколов судебных заседаний. Это вынудило суд сделать перерыв. После возобновления подачи электричества, Зейбек вернулся к подготовленной сюжетной линии путем отсылки к своим изначальным показаниям.

Адвокат защиты Измирли заявил, что его команда подтвердила подлинность подписей на «Бланке сотрудничества» НРО и отметил, что Зейбек был похищен и подвергнут пыткам для того, чтобы заставить его взять на себя ответственность за якобы имевшую место подделку. По его словам, Зейбеку всё еще угрожают, что расправятся с его семьей в том случае, если он не будет давать показания в соответствие с приказами похитителей.

Согласно адвокату защиты Каплану, протоколы судебных заседаний, в которых Зейбек участвовал в качестве свидетеля, также были сфальсифицированы и некоторые утверждения были убраны из текста. Каплан обратился с ходатайством к суду о предоставлении ему копии записи для проверки протоколов. Сторона защиты обратила особое внимание на незаконное вмешательство в слушания со стороны судьи, которое было позднее удалено из протоколов.

Быстрое освобождение Оксюза после задержания на фоне того, что все 97 человек из его группы, которых оформляли в здании суда в Синджане, были взяты под стражу при предъявлении обвинений, также поднимает вопросы касательно того, почему его защищали и кто это делал. Когда Четин Сёнмез, судья мирового суда по уголовным делам, освободил его 18 июля, прокурор опротестовал его освобождение, но этот протест был отклонен судьей Кёксалом Челиком.

Оба судьи работали в судах, являющихся особым проектом президента Эрдогана – мировых судах по уголовным делам, которые были созданы правительством в 2014 году специально для преследования критиков, оппонентов и диссидентов. Судьи этих судов вручную отбирались людьми Эрдогана. Учитывая серьезность обвинений, тот факт, что Оксюз дважды освобождался судьями противоречит здравому смыслу и логике в условиях, когда тысячи людей подвергались произвольным арестам.

Согласно предположениям, Оксюз в качестве агента НРО выполнил свою роль по связыванию попытки государственного переворота и движения Гюлена, имея доступ к Гюлену в качестве одного из его учеников. Возможно, он был задержан по ошибке около базы ВВС наряду с другими офицерами в хаотической среде 16 июля, или быть может это был целенаправленный шаг, вынуждающий его оставить следы для того, чтобы правительство могло повесить чужой флаг на группу Гюлена. В любом случае, фактом остается то, что его быстро отделили от остальных и спасли от разбирательств в рамках правовой защиты, обещанной ему в «Бланке сотрудничества».

Продолжение следует

Абдуллах Бозкурт

Nordic Monitor (перевод приводится с сокращениями)