Голубь, палец и «неизбежная неоднозначность» движения «Хизмет»

pigeon

По аналогии с красотой, неоднозначность также может быть в глазах смотрящего. Несмотря на то, что, по определенным причинам, неоднозначность движения «Хизмет» частично объясняется его спецификой, существует гораздо больше причин связывать эту неопределенность со смотрящим со стороны субъектом (наблюдателем), а не с движением «Хизмет» (наблюдаемым). Движение «Хизмет» бросает вызов большинству из сформировавшихся у нас представлений, категорий и предубеждений; мы хотим поместить этого голубя в ящик и начинаем сердиться, когда он в него не влезает….

Причина этого заключается в том, что движение «Хизмет» сочетает в себе, казалось бы, несочетаемые характеристики: это движение вдохновлено религией (с точки зрения мотивации), но является конфессионально-нейтральным (с точки зрения большей части своей деятельности); оно основано на коранических принципах, но не является прозелитистским; большинство его сторонников – мусульмане, но оно активно взаимодействующий со всеми стратами социума и занимает конструктивную позицию по отношению к современным и постмодернистским идеям и жизненным стилям. Более того, вероятно самым большим камнем преткновения является наш укоренившийся цинизм по отношению к любому проекту, который декларирует, что в его основе лежит бескорыстное желание сделать так, чтобы наша планета стала более гуманным, сострадательным и мирным местом, ведь мы привыкли считать, что «нет такой вещи, как бесплатный обед», и что если некий незнакомец вдруг почешет мне спину, то значит, он ждет от меня взаимности, то есть, предполагает, что и мой указательный палец однажды отблагодарит его тем же.

В своей недавней книге «Гюлен: Неоднозначная политика рыночного ислама в Турции и мире» («Gülen: The Ambiguous Politics of Market Islam in Turkey and the World»), Джошуа Д. Хендрик утверждает, что движение «Хизмет» использует «стратегическую неоднозначность», оставляя без разъяснения определенные вопросы, связаные с общими намерениями движения, его природой и методами, и таким образом приобретает гибкость,  для всех делаясь всем. Вопрос о роли Гюлена по отношению к движению, его связь со школами, и даже дата его рождения – все это приводится в качестве отдельных примеров этой стратегии.

Как участник движения «Хизмет» с 20-летним стажем (т.е. на правах голубя в стае, так сказать), я не могу согласиться c тем, что неоднозначность движения (в той степени, в которой она имеет место) является стратегической. По крайней мере, лично я был свидетелем и активным участником усилий, направленных на то, чтобы сделать цели, ценности и деятельность движения более понятными и доступными. Поэтому если и существует какая-либо всеохватывающая стратегия, то она нацелена на достижение ясности, а не амбивалентности. Тем не менее, я согласен, что неоднозначность имеет место, но я придерживаюсь мнения, что она является неизбежной и зачастую непреднамеренной, а не стратегической. Причины этого следующие: во-первых, цель (или идеал) движения «Хизмет» намного превосходит то, что ему приписывает большинство людей. Речь идет не о каждодневной политике, экономике или власти (хотя отдельные аспекты цели/идеала движения могут соприкасаться с указанными сферами), напротив, речь идет о том, что гораздо глубже и более значимо. Посредством учения Гюлена и его консультацонной помощи, а также через собственную деятельность и практику, движение «Хизмет» стремится внести свой вклад в переформулирование основополагающих идей, культурных парадигм, понимания реальности и способов бытия нашего социума, и тем самым дать толчок цивилизационному обновлению, ведущему к большему балансу между материей и метафизикой, наукой и духом, эгоцентризмом и социальной ответственностью. Гюлен говорит, что этого не достичь одномоментно или благодаря усилиям лишь одного [социального] движения, ведь речь идет о поколенческом сдвиге, в который движение «Хизмет» стремится внести свою лепту. Гюлен говорит об этом идеале во многих своих трудах, например, в книге «Статуя наших душ» («The Statue of Our Souls»). Вы можете посчитать этот идеал нереалистичным, утопичным или глупым. Это отдельная тема для обсуждения: в данном случае мой посыл заключается в том, что движение с такой целью естественным образом будет воспринято как неоднозначное, в том случае, если вы пытаетесь его понять с помощью совершенно разного и неподходящего инструментария. Получается, что мы словно разговариваем на двух разных уровнях, совершенно не замечая друг друга.

Вторая неизбежная двусмысленность возникает в нашем понимании роли Гюлена в отношении движения. Гюлен не является лидером или руководителем в общепринятом смысле, и уж тем более он не является руководителем, который стремится контролировать все до мельчайших деталей. Он обеспечивает интерпретационную рамку для идей и принципов движения «Хизмет», но разработка и привнесение этих идей и принципов осуществлялась посредством обсуждений в контексте практики и деятельности движения. Учитывая, децентрализованный характер движения, представленного в более 160 странах мира, Гюлен ограничивается рассуждениями общего характера (если его специально не спрашивают о каком-либо конкретном проекте), чтобы его советы и воззрения подходили для максимального количества людей и контекстов. Стоит ему чуть больше углубиться в детали, как тут же возникает риск, что его идеи перестанут быть пригодными для столь значительного количества мест, как в настоящее время. Еще раз, если, несмотря на вышесказанное, мы настаиваем на том, чтобы рассматривать Гюлена в качестве главнокомандующего движением «Хизмет» или его руководителя, то тогда его чересчур обобщенный язык действительно будет сбивать нас с толку.

Третья причина заключается в неизбежном противоречии, возникающем между теорией и практикой. Движение «Хизмет» действует на обоих уровнях: оно предлагает теоретическую рамку, но, одновременно с этим, активно участвует в разноплановой практической деятельности. Несоответствия и даже противоречия, наблюдаемые в данном случае, являются неизбежными последствиями «хромающей реализации» поддерживаемых идей, особенно в случае с массовым движением низового уровня. В качестве примера можно привести воззрения Гюлена по гендерной проблематике и существующую практику движения «Хизмет». Несмотря на то, что практика движения «Хизмет» намного опережает распространенный в Турции взгляд на проблематику гендера и существующую турецкую культуру, она, тем не менее, значительно отстает от учения Гюлена. Без учета причины, лежащей в основе указанного противоречия, могут возникнуть мысли о том, что такое положение дел является преднамеренным, хотя это не так.

Четвертая причина заключается в том, что хоть ценности, идеалы и принципы движения «Хизмет» остаются неизменными, но его практика постоянно эволюционирует и развивается. Участники движения «Хизмет» знают о динамизме и развитии деятельности движения, а также о его стремлении к максимальной открытости для самых разных людей. Как следствие, цели, имена и корпоративные имиджы создаваемых участниками движения организаций являются настолько широкими и универсальными, что сторонним наблюдателям они кажутся трудными для понимания. Почему турецкий телеканал получил название «Млечный путь» (Samanyolu)? Зачем нужно было создавать журнал, сочетающий под одной обложкой статьи о науке, религии, литературе, истории и поэзии, и называть его «Фонтаном» (The Fountain)? Дело в том, что масштабы экспансионизма неизбежным и непреднамеренным образом обуславливают соответствующие масштабы неоднозначности.

Заключительный аргумент в этой связи относится к привычкам и рефлексам. Движение «Хизмет» возникло в современной Турции и ключевую роль в нем играют люди, говорящие на турецком языке. Помимо прочего, современная Турецкая Республика была основана на принципе отказа от религии и на допущении о том, что общественность не способна к самопреобразованию. Подобное мышление привело к созданию авторитарного режима, преследующего соблюдающих мусульман за публичное проявление своей религиозности (к слову сказать, притеснениям подвергались и алевиты, курды, армяне и других меньшинства, которые, по тем или иным причинам, не соответствовали новому «шаблону идеального гражданина Турции»). Поэтому, сокрытие своей собственной идентичности вошло в привычку участников движения «Хизмет» в Турции, и эта привычка сохранялась в течение многих лет.

К сожалению, несмотря на то, что лидеры Турции поменялись, движущие силы контроля и власти остались неизменными. Совсем недавно премьер-министр Эрдоган признал факт «охоты на ведьм», осуществляемой в отношении людей, вдохновленных движением «Хизмет», которых снимают с постов и переводят на другие должности в различные провинции Турции. За один лишь период с декабря 2013 г. приблизительно 20 тыс. полицейских, прокуроров, государственных служащих и других граждан были переведены на другие должности или понижены в должностях в нарушение установленных законом процедур. Так можем ли мы, на фоне всех этих реальных преследований, обвинять тех, кто открыто не заявляет о своих симпатиях, будь то по отношению к движению «Хизмет» или каким-то иным группам, конфессиям, мировоззрениям? Естественно, что непреднамеренным и неизбежным следствием этого является крайняя осмотрительность симпатизантов движения «Хизмет» в Турции, и от этой привычки трудно избавиться, даже живя в других условиях.

По этим и другим причинам, любая имеющаяся неоднозначность является неизбежной и непреднамеренной (в той мере, в какой вообще можно говорить о «намерении» применительно к децентрализованному движению). Однако, общая траектория и устремления, несомненно, направленны на то, чтобы движение стало максимально открытым, ясным и прозрачным. Многое, в этой связи, было достигнуто за счет увеличения заметности, стремительного роста числа зонтичных организаций движения «Хизмет», желания чаще высказываться [по тем или иным вопросам], а также приглашения к сотрудничеству и открытости в деле исследования и изучения движения самыми различными способами. Вместе с тем, значительная часть неоднозначности обусловлена настойчивостью наблюдателей в подгонке движения под свои собственные представления. Им не следует забывать, что, возможно, они имеют дело вовсе не с голубем, а тот палец, который почесал им спину, может и не станет ожидать ответной любезности когда-нибудь в будущем.

Озджан Келеш

hizmetstudies.org

Top