Глава 2. Воля и парадоксы судьбы

kader

Мы продолжаем публикацию книги Нодира Одилова «Идейной пространство Гюлена», предыдущая глава: Глава 1. Чистое зеркало, отражающее милость Аллаха

Каждая теоретическая установка или учение держится на основополагающих принципах, которые выражаются в определенном концептуальном аппарате.

У Ходжа Эфенди, такими исходными принципами являются мульк и малакут, материальное и духовное, внешнее и внутреннее.

Человек занимает промежуточное звено между этими двумя субстанциями. Учение о том, что человек образован из соединения двух начал, духовного и телесного, своими корнями уходит в глубокую древность, в частности, в Турцию ХІІІ века. Эта идея, в частности, была развита великим мыслителем и поэтом Джалаледдином Руми.

Фетхуллах Гюлен рассматривает дух как нечто, не подающееся чувственному восприятию: «Духу невозможно дать полное и точное определение и его невозможно понять, опираясь на человеческие знания».[1]

Далее, когда он переходит к функциональному определению духа и его отношению к материи, а также к значению его пребывания в этом мире, он пишет: «В земной жизни мир божественной воли представлен духом, и дух был послан в этот мир лишь для развития самосознания».[2] Самосознание как философско-психологическое понятие есть форма теоретического осмысления человеком своего места в этом мире, и которое раскрывает специфику духовного мира человека.

Всевышний Творец в философии Фетхуллаха Гюлена существует априорно и не дается человеку в его опыте. Он находится за занавесом, за несколькими слоями цветов.

В процессе своего восхождения в сторону Всевышнего, человек шаг за шагом преодолевает эти цветные занавесы. «Так, пытаясь побороть «нафс аль-аммара» – собственное естество, – идущее на поводу у зла, человек видит красный свет, возвысившись до «нафс аль-лаввама», он видит голубой свет; достигнув же уровня «нафс аль-мутмаинна», он увидит зеленый свет. Затем человек возвысится до уровня, когда уже невозможно определить цвет увиденного света».[3]

Не только конкретно-чувственное познание Бога, но и Его рациональное познание также невозможно. Но, тем не менее, надо верить в существование Бога в силу других аргументов. Какие эти аргументы? Один из этих аргументов: Человек одухотворен, а дух, который находится в естестве человека, является представителем абсолютного духа или же Бога. Поэтому Он ближе к человеку, чем его яремная вена.

Второй довод, приведенный Ходжа Эфенди, – это чувство бесконечности. Все существующее в мире конечно в пространстве и времени, значит, есть что-то и бесконечное. Ибо мир, по Гюлену, а также и по Мавляна Джалаледдину, не является однополярным, есть черное и белое, левое и правое, короткое и длинное, которые определяют друг друга. Следовательно, наряду с конечными явлениями, ограниченными в пространстве и времени, существует нечто безграничное и вечное. Это безграничное и вечное и есть Бог. И Его познание возможно только через призму собственного «я».

В хадисе сказано: «Ман арафа нафсаху факат арафа раббаху», что означает «познание собственной души есть путь к познанию Бога».

«Самосознание» человека по Фетхуллаху Гюлену не заканчивается на этом. Познание собственной сущности – это одна сторона самосознания, другая сторона самосознания – это определение своего места в этом мире. Ибо природа, материальный мир есть воплощение божественной мудрости, и человеческое самосознание станет совершенным только с осмыслением своего места в мудро сотворенном мире. «Ахират — это обитель могущества, а земной мир – обитель мудрости. То есть в Ахирате в большей степени проявляется могущество Всевышнего, и там не остается никакой необходимости в причинах и законах. В то время как в мире земном, в большей степени проявляется божественная мудрость, и вследствие этого действует целая система законов и причин».[4]

Чтобы объяснить причину движения тел к центру Земли или же вращения планет вокруг Солнца, человек должен изучить и установить причину этих явлений. Или вопрос «что является причиной рождения различных полов?» также требует научного объяснения. Поэтому различные науки помогают человеку объяснить мудрость создания мира. Без науки человек не может ориентироваться в законах и причинах происходящих явлений. «Законы природы и причины были созданы для развития мысли, науки, культуры».[5]

При помощи законов Бог упорядочивает мир. «Если бы мир не управлялся посредством определенных законов и причин, то исчезли бы все незыблемые критерии, которые делают жизнь жизнью».[6]

Сущность сущностей «Бог» остается за занавесью и прикрыт за действиями природных законов и причин.

Мудрость Бога – это та строгая корреляция, которая существует между различными явлениями этого мира. «Величие мастера определяется величием плодов его мастерства. Посмотрите, какое богатство цветов и звуков, и какое блестящее искусство окружает вас. Во всех своих созданиях под маской причин являет Он нам отблески и проявления имен и качеств Своих».[7]

Гегель в своей работе «Философия религии» (Москва, 1976) пишет: «Люди Востока говорят, что у Бога есть бесчисленное множество наименований, т.е. то множество определений, что Он есть, невозможно полностью выразить словами».[8]

Эти имена указывают на проявление действия духовной субстанции или же Бога во всех Его ипостасях. «Каждое имя Господне требует наличия «Зеркала», в котором оно могло бы отразиться. Так, например имя «Раззак» неизменно требует наличия тех, кто нуждается в пище, а имя «Шафи» требует наличия болезней и тех, кто стал их жертвой. Пытаясь объяснить это явление со своих позиций, мы называем Его «помощью имен». С именем «Муджиб» Аллах устремляется на помощь оказавшимся в беде. Именем «Кабид» он пробуждает тех, кто пребывает в неведении, а именем «Басит», Он оказывает помощь тем, кто чувствует себя в стесненных обстоятельствах.

Если удастся, перебрав по отдельности каждое из имен, изучить качество отражения этого имени и все необходимые для этого условия, то тогда откроется мудрость, скрывающаяся за каждым явлением. Тогда становится ясным, что Всевышний являет нам отблески Своих величественных и прекрасных имен, благодаря которым мы можем узнать и познать Его». Различные имена Всевышнего отражают Его отношение к миру и мирянам. Они, кроме того, отражают регулирующую роль Творца в упорядочивании мира. Мир полон противоречий и взаимоисключающих противоположностей, которые также находили свое выражение и определение через субстанциональные качества Бога. В именах Всевышнего, в которых фиксируется определение образа Его действий, как бы закодированы определенные установки запрещающего или одобряющего характера. Вся картина мира по Фетхуллаху Гюлену является проявлением божественной мудрости. И законы природы и причины не могут быть истинными хозяевами и творцами мироздания.[9]

Однако законы, как проявление божественной мудрости, действуют по необходимости. Эта необходимость обусловлена божественной волей. Поэтому «если бы мир не управлялся посредством определенных законов и причин, то исчезли бы все незыблемые критерии, которые делают жизнь жизнью».[10] Эти незыблемые критерии заодно являются и критериями научного познания. Далее, говоря о действии законов, Ходжа Эфенди приходит к выводу, что «не законы и причины порождают материю и движение. Напротив, материя и ее движение являются основой их существования».

«Они были созданы такими, и им было назначено двигаться именно так, а не иначе».[11] Науку интересует, почему планеты солнечной системы двигаются именно так, а не иначе. Или в чем причина рождения разных полов, или чем объяснить гром и молнию. И в объяснение сущности происходящих явлений, ученых интересует лишь механизм действия законов и причин происходящих явлений. Наука в большинстве случаев абстрагируется от включенности божественной воли в системе природы. Ибо объяснение причинно-следственных связей, как правило, обращает внимание на те связи, которые существуют между элементами той, или иной системы, и способы их взаимодействия. Мало кто из естествоиспытателей доходит до познания истинной сущности всякого движения – Всевышнего. Хотя и это входит в задачи объяснения мира.

Внешние причинно-следственные связи прикрывают собой ту силу, которая приводит их в движение. Правда, одни ученые довольствуются открытием законов в их естественном состоянии, а другие, такие как Ньютон, идут дальше естественного объяснения законов и доводят свои исследования до признания духовной субстанции. Так Ньютон, говоря о пространстве и времени, написал: «Кроме пространства и времени, где помещены природные тела, существует иное пространство и иное время, которые не загрязнены материей и не подаются объяснению с точки зрения естествознания». Таким образом, связь религии с наукой, переход от одного к другому зависит от умонастроения ученого и его образа мыслей.

Другой мыслитель и естествоиспытатель, Блез Паскаль, также сказал следующее крылатое слово: «Когда мы цитируем авторов, мы цитируем их доказательства, а не их имена». А говоря о связи религии и науки, он написал: «Мы познаем истину не только разумом, но также и сердцем».[12] Для Фетхуллаха Гюлена законы природы и причины «созданы для того, чтобы привлечь ваше внимание к бесконечной искусности, к совершенству творения Господа».[13]

То, что «вездесущего Бога» не дано нам почувствовать, доказуемо не только с точки зрения теологии, но и с точки зрения обыденного сознания, которое опирается на логику здравого смысла. Нам в ощущениях дано явление, за которым скрыта сущность. И чем глубже сущность, тем дальше Он от нашего взора, тем труднее вникнуть в эту сущность. Используя эту диалектику сущности и существования, Фетхуллах Гюлен Ходжа Эфенди пишет: «Во всей нашей жизни и во всем мироздании наблюдается переход от видимого к невидимому».[14]

Действительно, нам доступно тело, но то, что данное тело состоится из молекул «не видимо», далее и то, что молекулы состоят из атомов, и то, что внутри атома находятся элементарные частицы и т.д. Все это есть переход от видимого к невидимому. Это говорит об ограниченности познавательной возможности человека с его чувствами и сознанием. Существование Творца ощущается, прежде всего, «сердцем», и без такого чувства нет «живого Творца». Всевышний Творец является сущностью сущностей, что также невозможно актуализировать на уровне наших ощущений или сознания. Блез Паскаль, говоря об интеллектуальной стороне понятия Творца, подчеркивал, что «абсолютная конечная истина» доступна только Ему.

Какое начало берет верх, зависит от образа жизни и образа действия человека. До сих пор речь шла о соотношении материального и духовного в жизни человека. Теперь, то же самое рассматривается в соотношении судьбы и свободы воли человека.

Ни одна проблема, начиная с глубокой древности и кончая сегодняшним днем, не вызывала таких бурных споров и разноречивых толкований, как проблема свобода воли человека. В регионах распространения ислама этот вопрос стал предметом споров между джухумия и джахния, кадрия и джабария, мутакалиммы и муттазилитты и др. Что касается Фетхуллаха Гюлена, то для него рациональное решение проблемы свободы воли имеет не только теоретическое, но и практическое значение. Ибо от разумного решения этой проблемы зависит то, каким будет гражданское общество, деспотическим, или же демократическим. «Быть свободным и чувствовать свободу – это особое качество человеческой воли, указывающее на дверь, открывающую тайны личности. Того, кто не проникся этим и не вошел в эту дверь, трудно называть человеком».[15] Но для Фетхуллаха Гюлена свобода не означает вседозволенность и анархию.

«Тот, кто видит в свободе абсолютное отсутствие каких-либо границ, сознательно или нет, но приравнивает человеческую свободу к свободе звериной. А ведь в действительности свобода, к которой так стремятся эти «свободолюбивые» души, ради удовлетворения своих темных страстей – это не что иное, как животный образ жизни. В то время как человек достоин свободы, что уничтожает все те преграды, которые не позволяют ему взмыть в небеса человечности».[16] Исходя из такой установки, мыслитель подвергает проблему свободы воли человека такой интерпретации, которая соответствует духу ислама и помогает людям освободиться от фатализма и безответственности.

«Предопределение, – пишет Фетхуллах Гюлен Ходжа Эфенди, – это соответствие между тем, что избирает человек из предлагаемых вариантов и тем, что создал Аллах. Иными словами, когда человек сознательно что-то делает и на практике определяется со своим выбором, то Всевышний – если захочет – может создать то, что выбрал человек. Предопределение и есть изначальное знание Аллахом этих двух моментов и определение Им этих двух моментов до того, как все свершится».

Когда Фетхуллах Гюлен Ходжа Эфенди говорит, что «предопределение и есть изначальное знание Аллахом этих двух моментов и определение им этих двух моментов до того, как все совершится», то не означает ли это, что судьба человека фатально предопределенна?

И Фетхуллах Гюлен Ходжа Эфенди, отрицая фаталистическое понимание судьбы, дает следующую трактовку этой проблемы: «И есть еще одна сторона вопроса. «Если меня и все мои деяния создал Аллах, и если я даже не могу захотеть что-то без Его соизволения, и я запрограммирован судьбой, как какой-то робот, то какое я в таком случае имею отношение ко всему тому, что я сделал, и почему я тогда должен нести ответственность за содеянное мною?» думает иногда человек, сам того не замечая, прогуливаясь по краю пропасти, имя которому фатализм, и вот именно в этот опасный момент перед ним предстает его воля, которая, заняла место на противоположной чаше весов, говорит ему: «Нет, ты ответственен! Ответственен за все свои грехи и злодеяния, подобно тому, как ответственен за веру и служение Господу твоему. Ибо у тебя есть я – твоя воля». Так воля уравновешивает судьбу, а судьба, в свою очередь, уравновешивает волю».[17]

Такое равновесие полезно человеку в двух отношениях: Во-первых, он не уходит от веры в Бога Всемогущего, и во-вторых, на него возлагается ответственность за совершенное деяние перед людьми, гражданским обществом, государством и он чувствует себя ответственным гражданином общества. И он по своей доброй воле выполняет те обязанности, которые возлагаются на него в качестве раба Божьего и гражданина общества. Господь дал ему возможность выбора между добром и злом.

И в хадисе сказано: «лучшим из лучших является тот, кто приносит пользу людям, а худшим из худших является тот, который причиняет людям зло».

Если люди приносят друг другу пользу и свои усилия, волю и разум направляют на службу друг друга, то это является богоугодным делом и служит условием для процветания общества.

«Поистине, Аллах не меняет того, что с людьми, пока они сами не поменяют то, что с ними» (Св. Коран, 13:11).

Этот аят свидетельствует о том, что Всевышний дал людям возможность изменить свой образ мышления и образ жизни. Если в обществе господствует деспотизм, то это соответствует образу мышления граждан данного государства. Ибо, как сказал Гегель, «все действительное – разумно, и все разумное – действительно». И действительность в виде социальной среды политических устройств и т.д. есть результат волевых и разумных действий граждан общества, то есть общества в том или ином виде. Ибо она выступает в качестве процесса актуализации той возможности, которую Всевышний предоставил человеку.

Если человек будет действовать в соответствии со своей внутренней потребностью, то он должен творить по закону красоты. Ибо «в каждом человеке живет любовь к хорошему и прекрасному, и ненависть к плохому и уродливому». Такая натура, несомненна, божественна.

Все что в Коране идет в форме повелительного или изъявительного наклонения есть амр (божественное повеление). И сознательное выполнение повелений и заповедей Аллаха, которые даны в Коране и хадисах, относятся к понятию саваб (богоугодное дело), и каждое действие человека, будь добрым или недобрым, фиксируется в Скрижали Хранимой (Лявх-и Махфуз). Поэтому тот, кто напоил кого-то водой, совершает богоугодное дело, за что он и получит соответствующее вознаграждение. Он выполняет Божью волю через свою частичную волю.

Ибо «воля человека не является заложницей судьбы, бессильной что-либо изменить». Всевышний создает все в меру, и количественно и качественно. Вещи и явления обладают количественной и качественной определенностью, которые составляют меру их существования.

Эта мера есть кадар, который ограничивает предметы неживой и живой природы в определенном пространстве и времени. А к человеку применяются другие критерии. «Человек ни имеет ничего общего с высохшим пожелтевшим листком, ставшим игрушкой ветра. Ислам всегда во всем придерживается умеренности и правдивости. И если гнев посещает нас независимо от того уместно это или нет – это крайность, но и абсолютное безразличие в любой ситуации это тоже крайность». Если целибат, граничащий с отрицанием женщины – это крайность, то и попытка использовать первую встречную женщину – это тоже крайность. И если превращение капитала в кумира – это крайность, то лишать его права на существование – это такая же крайность.

То же самое можно сказать и когда речь заходит о судьбе. Если кто-то утверждает, что человек – творец своих деяний, и никакой судьбы не существует, то это одна крайность. А если существует полное отрицание участия человека в своей судьбе и превращение его в парализованное божественной волей существо, то это другая крайность… «Человек выбирает и приобретает, в то время как Аллах создает из ничего то, что выбирал и ради чего старался человек. Человек – это сама истина и само равновесие».[18]

Верующий должен согласовать свои действия с вышеприведенным принципом равновесия и ни в чем не переходить установленные границы.

Таким образом, воля человека – это его сознательное отношение к миру и мирянам. Творец предоставил ему возможность выбирать между злым и добрым, хорошим и плохим, вредным и полезным, божественным и сатанинским.

Заодно Всевышний наделил человека сознанием и разумом. И его действия носят осознанный характер. Этим и объясняется то, что Аллах создал спасение и гибель, благодеяние и злодеяние (Св. Коран, 14:4).

Как гласит хадис, Всевышний Творец сотворил три разряда созданий: Ангелов, животных и людей. Ангелам чужды телесные влечения. Они постоянно заняты поклонением Творцу. Животные, кроме удовлетворения своих физических и физиологических потребностей, больше ничего не знают, и они лишены всякой духовности. А в людях заложены два начала, духовное/ангельское и естественное/животное.

И как прекрасно объяснил это Мавляна Джалаледдин в своем произведении «Маснави-и Манави»!

Дар хадис омад, ки яздони мачид
Халки оламро се гуна офарид
Як гурухро чумла аклу илму чуд
У фаришгтаасту надонад чуд сучуд
В-он дугомил аз зоташ тихи
Хамчу хайвон дар алаф аз фарбехи
В-он сеюми одамизоду ду бошар
Ним фаришта, ними дигарй зи хар
Ним фаришта худ моили алвй бувад
Ним хар худ моили сифли бувад.
То кадомии голиб ояд дар набард.
То кадомии з-ин ду бояд бурд нард.[19]

Здесь рассказывается о том, что Всевышний Творец сотворил три группы существ. Первая группа наделена знаниями, умом и блаженством – это ангелы, у которых кроме молитвы, нет других обязанностей. Их бытие свободно от низменных страстей. Они живут только божественной усладой. Вторая группа – животные – лишена блаженства. А третья группа – полуангельские, полуживотные создания – человеческий род. Его животное начало склоняет его к низменному (земные страсти), а ангельское начало склоняет его к духовно-возвышенному и благородному. Если в нем берет верх животное начало, то человек становится хуже животных. А если в нем берет верх ангельское начало, то человек превосходит даже самих ангелов.

Теперь становится ясным, почему Ходжа Эфенди подчеркивает эти коранические истины! И действительно, «Аллах создает спасение и гибель, благодеяние и злодеяние. И предоставляет человеку возможность выбора и, соответственно этому выбору, возмездие за содеянное».

Господь наделил человека положительными и отрицательными чертами характера, и наделил его сознанием, и это обусловлено кадаром. Таким образом, человек противостоит своей собственной природе, а также всему природному как сознательно действующий субъект. Все сказанное вписывается в зону действия кадара. Предначертания «возможносущего» или же природного человека. Дальше наступает полоса действия образа мышления и образа жизни человека, которые обусловлены его свободой воли. Все, что относится к божественному акту сотворения и «предопределено Творцом», относится к Скрижали Хранимой.

У Всевышнего также есть Скрижаль Стирания и Установления. «В Скрижали Хранимой, называемой также Имамун мубин (руководитель ясный или «Уммаль-Китаб (мать книг)», не может быть никаких изменений. В отличие от нее, Скрижаль Стирания и Установления, была так описана в аяте: «Аллах отменяет и утверждает то, что пожелает (из предписаний), у Него хранится суть книги» (Св. Коран, 13:39).

Эта та книга, в которой Он фиксирует изменения и отмены некоторых Своих решений, когда хочет проявить милость к кому-либо. Его такую милость называют ата.[20]

Фетхуллах Гюлен Ходжа Эфенди при помощи понятия ата указывает на постоянную эманацию милости милосердного Творца. Оказывается, милосердие Всевышнего не заканчивается одним актом создания мира и человека. «Представим себе, что некий раб Божий, в отношении которого должна была исполниться высшая воля, задействовал один из своих духовных механизмов, и в результате стал ближе к Аллаху, чем это было раньше. Или совершил богоугодное дело вроде молитвы или искреннего подаяния. В результате он обретает особую близость к Всевышнему, и Аллах в свою очередь выражает ему Свою особую безграничную милость, в результате которой решение, которое было направлено против этого человека, обращается в пользу последнего».[21]

Понятие ата является той константой, через которую постоянно протекают взаимоотношения Господа и человека. Если человек действует в соответствии с природой Милостивого и Милосердного Творца, то он становится ближе к Нему. А если он занимается злодеянием, вопреки божественным наставлениям, то он удаляется от Милостивого и Милосердного Аллаха в сторону шайтана и соответственно, готовит для себя возмездие.

Такая интерпретация понятия судьбы и роли человека в изменении своей судьбы освобождает сознание верующего от фатализма и внушает ему вести активный образ жизни, и быть достойным наместником Всевышнего на земле. Выводы Фетхуллаха Гюлена, которые рассматривают понятие ата, поощряют человека к принятию более активной жизненной позиции, и стимулируют его чувство ответственности перед Всевышним и сородичами.

Перспектива, которая открывается в связи с введением понятия ата в сознание человека, оберегает его от того самоотчуждения во имя самоутверждения, настраивая его на благие намерения.

Человек, который сегодня в ваших глазах является атеистом, спустя некоторое время может уверовать по-настоящему. Это говорит о том, что благодаря непрекращающейся милости Творца, благородные дела человека могут стирать и аннулировать его прошлые грехи. Как бы прошлое уходит в небытие, и личность рождается заново. Возможность возрождения человека в ином облике зиждется в его намерениях.

Поскольку нам не всегда ясны намерения человека, то «рассуждать о людях – это не наше дело» и это не входит «в рамки наших полномочий».[22]

Если о человеке можно судить по его делам и намерениям, то в связи с этим возникает вопрос: Как можно в ребенке определить его веру или принадлежность к той или иной вере? Можно ли сказать, что его воля врожденная? Ходжа Эфенди на такую постановку вопроса отвечает отрицательно, опираясь на следующий хадис: «Все рождающие рождаются без фитрата и их вера формируется под воздействием родителей».

«От рождения человек подобен совершенно чистому листу или чистой и новой кассете, на которую можно написать все, что угодно, и мягкому комочку глины или расплавленному металлу, которым можно придать любую форму. Маленькому ростку или молодому деревцу, которое можно согнуть, не ломая его».[23]

Из вышесказанного суждения вытекает вывод, что ребенок рождается с человеческими возможностями, которые будут реализованы в зависимости от доброй воли воспитателей и той культурной среды, в которой он находится. То есть духовность человека не является чем-то предопределенным и врожденным (азали), а является приобретенным (амали). Тут возникает вопрос о трансформации всеобщего разума или божественной мудрости в частичное сознание человека и, в свою очередь, связь индивидуального сознания с общественным сознанием, которое становится объективным и передается от поколения к поколению.

Первоначально божественная мудрость в виде божественного откровения передается людям, мирянам через пророков. Божественное откровение воспринимается пророками, как того объясняют часть теософов, в том числе Джалаледдин Руми, в чистом виде без звука и слов, пророки воспринимают его сердцем и передают людям при помощи слов. А слова и звуки, они являются чем-то материальными и не могут передать божественную сущность откровения в первозданном виде. Поэтому обратное восхождение к первозданной сущности божественного откровения лежит также через сердце. Поэтому «сердечное» отношение к Всевышнему занимает важное место в исламе, в частности, в суфизме. Аналогичное мнение относительно сущности духа и его существования высказывает Ходжа Эфенди.

«Все сущее стремится к тому, чтобы как-то себя проявить. Дух, происходящий из Мира Велений Господних, нуждается в физических средствах, чтобы суметь установить связь с материальным миром, потому что сам по себе он имеет совершенно иную природу и это не позволяет ему самостоятельно установить контакт с вещами и событиями. Подобно тому, как наше тело не в состоянии самостоятельно установить связь с Миром Образов, так и дух, пребывая в мире, где царит причинно-следственная связь, нуждается в таких физических средствах, как руки, ноги, глаза, уши и т.д. чтобы при их посредничестве связаться с материальным миром. Поскольку дух играет роль центральной станции управления, то в результате каких-то неполадок с тем или иным органом и потери с ним контакта, дух оказывается неспособен управлять им».[24]

Это один аспект взаимодействия духа и тела. Когда дух не может править органом, и он недееспособен, то это можно было бы назвать корреляцией между субъективным духом и телом. Но оказывается, что кроме этой корреляции или соотношения духа и тела существует еще и функционирование духа независимо от организма и органов ощущения. И так «человек видит во сне, в то время как его глаза закрыты».[25]

Или же возьмем опять пример из мира, в котором все нематериальное отрицается. В книге «Возвращение к Богу в России» рассказывается о том, что в 1962-ом году в городе Нижний Тагил врачи проводили опыты с девочкой по имени Роза, которая видела кончиками пальцев, различая при этом цвета, «читая написанное, когда ей закрывали глаза».[26]

В книге Фетхуллаха Гюлена приведены и другие аналогичные факты, на основе которых он приходит к выводу о том, что видение принадлежит духу, а дух может, в силу своей особенности, войти в контакт через любую часть тела. Тело в целом служит проводником духовной энергии. В дальнейшем Фетхуллах Гюлен переходит к изложению других духовных существ, которые играют определенную роль в судьбе человека. Так «ангелы не просто принадлежат к Миру Велений Господних (Алям аль-Амр), каждый из них обладает своим собственным телом, созданным из света. И будучи созданными из света, эти тела бесплотны и светозарны. Поэтому ангелы могут мгновенно и без каких-либо осложнений проникать куда угодно. Ангел может проникнуть в зрачок человека и заставить его смотреть и видеть прекрасное. В сердца пророков и святых они приносят одно, а в мир растений и животных – другое. Все чистое и праведное называемое человеку вдохновением (ильхам) как правило, приходит непосредственно от Вседержителя, а иногда его приносят ангелы».[27]

К сказанному можно только добавить, что божественные откровения были ниспосланы пророкам через архангела Джибриля (Гавриила).

В какой мере действия ангелов носят судьбоносный характер можно определить по следующему аяту: «К нему приставлены ангелы – суровые, сильные, которые не отступают от повелений Аллаха и выполняют то, что им велят» (Св. Коран, 66:6).

Таким образом, на ангелов возлагается обязанность направлять волю человека на выполнение богоугодных дел.

Кроме главных ангелов, благословенных Джибриля, Микаиля, Исрафиля и Азраиля, мы ничего не знаем о восьми ангелах, несущих Арш и не ведаем, что скрывается за такими понятиями как Мали аль-Аля, Надий аль-Аля, Рафик аль-Аля. В хадисах говорится о триста шестидесяти ангелах-хранителях, которым было поручено охранять верующего. Они призваны уделять особое внимание пожилым людям и детям. Есть ангелы, которые указывают человеку на путь праведный, молят и просят о прощении верующего, ходатайствуют о прощении верующего и вносят страх и беспокойство в сердце безбожника. Также есть ангелы, которые наблюдают и участвуют в благочестивых собраниях, где люди поминают Всевышнего или занимаются наукой. Есть также и ангелы, которые сменяют друг друга на «карауле» во время утреннего и послеполуденного намаза, и самозабвенно внимают пятничным салаватам.[28]

Как видно из всего вышесказанного, ангелы принимают непосредственное участие в делах людей. Они являются связующим звеном между Богом и людьми. Подобно тому, как архангел Джибрил приносил божественные откровения пророкам, также и все ангелы причастны к поведению каждого человека. Они не только следят за действиями человека, но и пытаются облагораживать их.

Облагораживая помыслы и действия человека, они содействуют изменениям, которые вносятся в Скрижаль Стираемую.

Ходжа Эфенди пишет следующее о морально-психологической роли веры в ангелов: «Человек, верящий и помнящий о том, что ангелы постоянно наблюдают за ним, будет бояться и стыдиться совершить что-либо неподобающее. Таким образом, со временем он научится контролировать себя».[29]

Если эту идею выразить современным научным языком, то она означает, что вера в ангелов и их постоянное участие в нашей жизни воспитывает человека в духе наилучших этических и эстетических идеалов. Вырабатывается определенный стереотип поведения, который содействует улучшению образа жизни и образа мышления человека.

Антиподом ангелов являются джинны, которые в какой-то степени могут также принимать участие в процессе жизнедеятельности человека.

Если человек опирается на знание о природе джиннов, то он сможет избежать тлетворного влияния этих бестелесных существ. Пророк Мухаммад (с.а.с.) учил нас не входить в грязные места без молитвы на устах, и запретил нам совершать намаз вблизи мусорных куч и ям, а также в банях и туалетах, на выгонах и сеновалах, и даже на кладбище. Эти места наиболее часто посещаются нечистыми силами и духами. Он учил нас следующей молитве: «Аллахума инни аузу бика миналь-хубси валхабаис» (Прибегаю к защите Твоей, Господи, от грязи всякой и всякой нечисти).

Приведенное Ходжа Эфенди предание имеет не только религиозное, но и светское значение, ибо оно внедряет в психологию человека чистоплотный образ жизни – образ жизни, достойный каждого человека, независимо от его веры. Если выразить это на языке гигиены, то можно прийти к выводу о том, что рассказы об ангелах и джиннах, по сути своей, имеют огромное морально-психологическое значение в формировании здорового образа жизни населения. Чистоплотность – есть единственный способ избавления от дурного влияния джиннов. Что касается ангелов, то они действуют на человека благотворно, избавляя его от злых намерений и дел. Кроме того, эти бесплотные существа служат информаторами в предсказании нашей судьбы. То есть они сообщают человеку через невидимые нам идеальные каналы информацию касательно его судьбы или судьбы мира.

В дела и волю человека иногда может вмешаться и шайтан. До того как он пошел против воли Аллаха, он во всем был похож на ангелов. Так же как и они, он поклонялся Аллаху и исполнял Его волю (Св. Коран, 18:50).

Настоящая суть шайтана проявилась тогда, когда Господь приказал всем ангелам поклониться Адаму. А он горделиво возразил: «Я лучше его. Ты сотворил меня из огня, а его — из глины» (Св. Коран, 38:76). Как видно из данного аята, восставшим был именно Иблис, который получил имя шайтан (сатана). И он поклялся Аллаху: «Я непременно буду являться к ним спереди, сзади, справа и слева, и Ты убедишься, что большинство из них неблагодарно Тебе» (Св. Коран, 7:17).

Фетхуллах Гюлен задается вопросом «в чем заключается мудрая причина создания шайтана?» и дает такой ответ: «Аллах захотел создать человека, который отражал бы в своем лице Его божественное искусство и величие в несколько ином ракурсе, чем ангелы. И чтобы человек мог развиваться, и чтобы в нем расцвели все те таланты и способности, которые были вложены в его природу божественной волей, Господь столкнул его с шайтаном и нечистыми духами, которым предназначено постоянно заставлять человека действовать и развиваться».[30]

Доброе начало развивается и укрепляется в борьбе против злого начала. Они помогают и определяют друг друга. В мире не существует однополярных явлений и доброе проявляет себя через злое и наоборот. «Они дополняют друг друга как «плюс» и «минус» на батарейке».[31] Подается ли человек на наущения шайтана или нет, зависит от уровня его религиозного самосознания, сознания собственной натуры и его отношения к высшим мирам. Он, как было сказано, «состоит из соединения двух начал, души и тела. Душа является ангельским началом и склоняет человека к богоугодным делам, а тело – к телесным влечениям. В человеческой природе сатанинское и ангельское начала стали близки друг к другу. И стоит на сатанинской стороне разорваться какой-нибудь «бомбе», то ее радиоактивное влияние тотчас даст знать о себе на противоположной стороне».[32]

«Сатана, копаясь в похоти человека, пытается понудить его стать орудием удовлетворений желаний собственной плоти. Копаясь в разуме его, он ведет его к демагогии. Точно также он пытается привести в действие алчность, гнев, гордыню и страсть к наживе благ земных».[33] Сатанинская васваса вызывает у человека желание совершить грех, а он, сопротивляясь сатанинским желаниям и злым намерениям, морально совершенствуется. Вырабатывается добрый характер, который порождает добрые намерения. Было бы уместно вспомнить слова и действия правоверного халифа Омара (р.а.), который сказал: «Я бы очень хотел торговать на рынке и через чашу весов бороться с шайтаном. Шайтан наущает мне «ты пользуйся чашами весов в свою пользу». Но я буду действовать наоборот. Я сделаю так, чтобы чаша покупателя перевесила мою чашу и тем самым разочарую шайтана».

«Приближаясь к человеку спереди, сатана ломает его надежды насчет будущего. Он заставляет отрицать Воскрешение и Судный День. Он понуждает к речам и мыслям о гибели ислама, о том, что вера исламская больше никогда не возродится. Он бросает в душу отчаяние и представляет будущее в самых мрачных тонах, как состоящее из одних черных дыр и хаоса… Приближаясь сзади, он пытается разорвать нашу связь с прошлым, со светом пророчества и святости.

«Все изменилось, они уже в прошлом» шепчет он человеку и старается заставить его отречься от своего прошлого и своих корней. Закрыв, таким образом, пути, соединяющие человека с прошлым и настоящим, оборвав все связи с «завтра» и «вчера», он преподносит нам роскошный бокал отравы, и его философия жизни такова: «Будущее и прошлое – все это сказки. Ты приходишь в этот мир один раз, так зачем же портить себе жизнь!» Приближаясь к человеку слева, он втягивает его в потоки явного греха!»[34]

Материальным носителем сатанинского, а также ангельского, является сам человек. В изложении и реализации сатанинских намерений, Фетхуллах Гюлен из духовного мира перекидывает мост в реальный мир общественных отношений, где сатанинское начало проявляется в поведении конкретных лиц и целых течений современного мира. Так, экзистенциалисты, будучи сторонниками экзистенции (философии существования) отрицают и прошлое, и настоящее. Их лозунг гласит:

«Лови момент. Будь гедонистом». В человеке и плохое и хорошее, доброе и греховное существует в форме возможностей или потенции, и превращение этой потенции в актуальное зависит от влияния добрых или злых сил. Частичная воля человека находится между ними. Воля, сопровождающая его мудрыми намерениями, помогает доброму началу, а воля, находящаяся под влиянием сатаны, помогает дурному началу. «Если сомнения – васваса – не поддерживаются волей и не находят свое отражение на практике, то человек, который был им подвергнут, не будет нести за них ответственность. Человек несет ответственность лишь за то, что находится в пределах его воли и сознания».[35]

Сомнения выступают в виде катализаторов, ускоряющих процесс актуализации вышеуказанных возможностей. Они посещают человека через его естественные потребности и естественные страсти. И не могут нанести вред до тех пор, пока вы не начнете придавать им значение. Их появление на уровне фантазии не зависит от человека, но они могут быть закреплены действием. Действия могут быть благотворными, добрыми и наоборот. «Если то, что приходит на ум или стучится в двери нашего воображения, является благом, то оно придает немного света нашей мысли и нашему разуму».[36]

«Но сомнения, проистекающие от зла, не в состоянии повлиять на наш разум или сердце».[37]

Разум и сердце защищают человека от посягательств шайтана, но эмоции могут подаваться его внушению. Страсти являются агентами шайтана, через которые реализуются его наущения. Негативные эмоции, действуя на человека соблазняющим образом, сбивают его с пути истины. И только разум и воля смогут освободить человека от влияния дурных и соблазняющих эмоций. «Задействуйте свою волю и ищите то, что может подействовать на вашу психику и вытащить вас из этой «воздушной ямы».[38]

Человек, освободившись от сатанинского соблазна, желаний и влечений, превосходит самих ангелов. Это означает, что для них та граница, в которой ограничивается тело, перестанет существовать. Духовное в них полностью превалирует над телесным. Душа их становится, как зеркало, отражающая не только то, что случиться «теперь», но и то, что случилось в прошлом и случится в будущем. Души и сердца пророков и святых становятся зеркалами, отражающими и соединяющими оба мира. Они поднимаются до уровня небожителей.

С этой высоты пророки могли предсказать, что случится не только «теперь», но и в будущем. Предсказание пророков – это божественное откровение, посланное им через архангела Джибриля. В пророчестве, предсказания пророков могут быть массовым явлением, и не нуждаются в толковании. Но бывает, что истина передается в символах, и тогда появляется необходимость в аллегорическом толковании снов и других божественных знамений.

Анбия и Авлия, в силу своей душевной свободы от земных страстей, станут ясновидящими и могут предсказать судьбу людей и мира. Ибо «когда человек удостаивается собой близости к Аллаху, Господь становится очами его зрящими, ушами слышащими, руками действующими».[39]

С точки зрения теологии, а также социальной психологии, самым трудным вопросом является вопрос о судьбе разделения общества на бедных и богатых. Почему Всевышний одних наделил богатством, а других обрек на бедность? Почему одним Он дал превосходство над другими? На эти вопросы существуют различные ответы религиозного идеалистического и материалистического характера. В большинстве случаев ответы носят односторонний характер и не отвечают интересами противоположных классов. Но Фетхуллах Гюлен, который наделен диалектической логикой и глубокими знаниями в теологии, на наш взгляд дает исчерпывающий ответ на эти вопросы.

Ходжа Эфенди усматривает общие закономерности и единство противоположностей. По его мнению, разделение общества на противоположные классы является частным проявлением этой закономерности. А это означает, что кто-то должен быть богатым, а кто-то неимущим. Как невозможно однополярное существование мироздания, так и невозможно сделать однополярным человеческое общество. И не надо силой уравнивать богатых и бедных, ибо такое регулирование отрицательно сказывается на развитии общества и на психике людей. «Отняв у богатого и отдав бедному, вы не создадите равенства, но притупите способности, убьете любовь к труду и инициативности. Кто станет тогда работать, если то, что он заработал, будет отнято? Отнимать имущество богатого – это не выход. Тут выход – это внушить богатому любовь, чтобы он сам стал человечнее и по собственной воле делился своим богатством с нуждающимися».[40]

В исламе взаимоотношения богатых и их экономические интересы строго регламентированы. «Ислам придает огромное значение, как к капиталу, так и труду, связав их с богобоязненностью и, таким образом, не позволив капиталу все время вращаться в одних и тех же руках. И с помощью таких благотворительных актов, как садака, закят, и карзул хасан гарантировал оказание постоянной безвозмездной помощи нуждающимся».[41]

Приведенные суждения исключают антигуманное отношение к обездоленной части населения, ибо они тоже имеют право на жизнь и все жизненные средства. По исламу, если у тебя есть две рубашки, а у соседа нет одежды, ты должен подарить ему одну свою рубашку. Таким же образом ты должен делиться с остальными жизненными средствами. Притом, если ты знаешь о нужде кого-то, ты должен без всякой просьбы с его стороны протянуть ему руки помощи. На сей счет халиф Али (р.а.) указал: «Если ты видишь, что кто-то в чем-то испытывает нужду, ты должен помочь ему до того, как он попросит о помощи, и дать ему то, в чем он нуждается. Если ты дашь это после того, как он попросит, то ты унизишь его достоинство». В Священном Коране сказано: «Доброе слово и прощение лучше подаяния, за которым следует обидный попрек» (Св. Коран, 2:263). Далее: «Если вы даете милостыню открыто — прекрасно. Если вы скрываете ее, когда даете бедным, это еще лучше для вас: Она искупит некоторые ваши прегрешения. Аллах ведает о том, что вы творите» (Св. Коран, 2:271).

О важности милостыни говориться во второй суре, в аятах 270, 271, 272, 273, 274. В обязанности каждого мусульманина входит: Признание единого Бога, пятикратная молитва, пост в месяц Рамадан, закят, паломничество в Каабу по возможности. Но если ты отказался от закята, то все остальные ритуалы автоматически аннулируются. Ты окажешься в числе отверженных. Закят предназначен для поддержки недееспособных сирот, путников и семей, лишившихся кормильца. А люди, которые дееспособны, должны своим трудом добиваться жизненных средств, и ни в коем случае не прибегать к использованию закята или садаки.

Каждый мусульманин должен жить с достоинством. А это означает, что он живет за счет собственного труда. «Храните свое достоинство, не оскорбляйте и не унижайте себя попрошайничеством ни как частное лицо, ни как государство, не нисходите до уровня руки берущей, всегда старайтесь беречь качество руки дающей. Не забывайте, что дающая рука спокойна, когда раздает направо или налево, а берущая собирает и живет в постоянном беспокойстве. Будьте рукой дающей».[42]

Мавляна Джалаледдин Руми в «Маснави-и Манави» под влиянием этого хадиса пишет: «В соответствии с совершенством поступают те, кто трудятся и опираются на милости Всевышнего». То есть Творец вознаграждает вас через ваш труд. В Кимеи Саадате есть другой рассказ: «Как-то Иса, проходя мимо церкви, встретил молящегося человека. Возвращаясь на обед, он увидел, что тот сидит на том же месте и молится. Вечером он застал его тоже за молитвой. Его такое поведение заинтересовало Ису, он подошел к нему и сказал: «Я вижу, ты целый день занят молитвой и больше ничем не занимаешься. За счет кого ты живешь?» Тот ответил: «За счет брата». Тогда Иса сказал: «Так знай, что твой брат находится на вершине совершенства, ибо у него дающая рука, а у тебя – берущая рука». Таким образом, с точки зрения ислама, труд является основой жизни общества и Всевышний наделил людей разумом, сознанием, волей, а также соответствующими средствами труда, и каждый мусульманин должен пользоваться возможностями, которые отведены ему Всевышним Творцом.

[1] М.Ф. Гюлен. Жизнь и исламская вера. М:2006. стр. 85.

[2] Там же, стр. 35.

[3] Там же, стр. 35.

[4] Там же, стр. 46.

[5] Там же, стр. 47.

[6] Там же.

[7] Там же, стр. 49.

[8] Гегель. Философия религии. М:1976. стр. 326.

[9] Гюлен. Жизнь и исламская вера. М:2006. стр. 51.

[10] Там же.

[11] Там же.

[12] Б. Паскаль. Письмо к провинциалу. СПб:1898. Библиотека всемирной литературы, М:1974. т. 42. стр. 109-186.

[13] Гюлен. Жизнь и исламская вера. М:2006. стр. 45.

[14] Там же, стр. 149.

[15] Дж. Кэррол. Диалог цивилизаций. М:2008. стр. 53.

[16] Гюлен. Критерии или огни в пути. М:2006. стр. 48.

[17] Гюлен. Жизнь и исламская вера. М:2006. стр. 184.

[18] Там же, стр. 219.

[19] Цит. по книге Н. Одилова Мировоззрение Джалаледдина Руми. Душанбе, 1974.

[20] Гюлен. Жизнь и исламская вера. М:2006. стр. 223.

[21] Там же, стр. 223-224.

[22] Там же, стр. 238.

[23] Там же, стр. 239.

[24] Там же, стр. 122.

[25] Там же.

[26] Там же.

[27] Там же, стр. 126.

[28] Там же, стр. 128.

[29] Там же, стр. 130.

[30] Там же, стр. 158.

[31] Там же, стр. 161.

[32] Там же, стр. 164.

[33] Там же, стр. 165.

[34] Там же.

[35] Там же, стр. 170.

[36] Там же, стр. 171.

[37] Там же.

[38] Там же, стр. 173.

[39] Там же.

[40] Там же, стр. 64.

[41] Там же.

[42] Гюлен. Пророк Мухаммад. стр. 242.

Top