Ходжа-эфэнди Первому каналу: «Завоевав сердца своих друзей, я понял что уже не нужно завоевывать мир»

Интервью Гюлена Первому каналу

Интервью Фетхуллаха Гюлена Первому каналу 6 мая 1998 г.

— Что Вы думаете о туркоязычных республиках в Средней Азии?

— Я считаю необходимым услышать нашими сердцами их проблемы, разделить с ними их радости, ощутить те же чувства. Эти чувства, передаваясь из поколения в поколение в течение долгих столетий, стали темой, близкой для каждого. Они не начались во времена Пророка Мухаммада и остались там. Были такие люди, как Ахмед Ясеви, такие люди, как Мевляна. Как ваши всемирно известные писатели и поэты. Как Юнус Эмре, Хаджи Бекташ Вели. Все они постоянно писали о чувствах людей, их чаяниях и надеждах.

Юнус Эмре своей фразой «Мы любим каждое создание из-за его творца« показывает свою любовь ко всему человечеству и всему существующему на земле. Того, кто бьет, он называет безруким, того, кто ругается, человеком без языка. Он говорит: «Против поднимающего на тебя руки ты будь словно безруким, против изры- гающего скверну будь словно безъязыким, против разбивающих сердца будь словно у тебя нет сердца«.

— Схожи ли судьбы России и Турции? Есть ли какая-нибудь общая точка в судьбах наших стран?

— С одной стороны, развивающиеся события могут привести нас к объединению и сотрудничеству, но в современном мире, охваченном глобализацией, может быть и отрицательный опыт в отношениях между нашими странами. Оценивать перспективы наших отношений всегда очень приятно и почетно. Современное российское правительство открыто для диалога и сотрудничества. Все мы становимся свидетелями демократичной атмосферы в отношениях. И это одно из самых важных условий для объединения как с Турцией, так и со всем миром. Если будет объединение, то оно повлечет за собой многие вещи. Но некоторые события, происходящие сегодня, могут напомнить нам прошлое и разбередить старые раны. Нужно время, чтобы прошлое полностью забылось, и мы должны прилагать немалые усилия для этого. Российское правительство и русский народ повели себя с большой храбростью, они помогали нам в вопросах трудоустройства или направления инвестиций, открытия в России школ турецкими альтруистами. На мой взгляд, они идут впереди и делают то, что нужно делать. Наверное, вещи, которые необходимо сделать после всего этого, остаются за нами.

— Если бы Вам присудили какую-нибудь официальную награду (например Нобелевскую премию) или сказали, что Вы ее достойны, как бы Вы отреагировали и приняли ли бы ее?

— Мне присуждали награды здесь несколько раз. На самом деле я не сделал ничего, чтобы получить их, я их не заслужил. Все это мне в тягость. Иногда я уклонялся от подобных вещей, за заслуги в области образования, за терпимость награждали не меня, а моих друзей и коллег. Что касается Нобелевской премии, то я ее не заслуживаю. Она имеет очень большую ценность, и получить ее, не заслужив, — это большое неуважение по отношению к ней.

— Тогда какая награда Вас бы обрадовала?

— Я считаю самой большой наградой увидеть, что Аллах останется доволен мной, когда я умру.

— Насколько я знаю, у Вашего образа жизни есть некоторые особенности. Вы живете один, у Вас мало вещей. Вы стесняетесь тратить время на приобретение этих вещей? Или в чем причина этого?

— Я живу один. Возможно, когда-то у меня не было возможности изменить это одиночество. С тех пор прошло 25 лет, у меня проблемы с сердцем, сахарный диабет, повышенное артериальное давление и другие недомогания. Эти болезни отнимают большую часть моего времени, у меня едва остается время на то, чтобы заниматься чем-то другим. Кроме того, из-за недостаточных возможностей, малого количества имущества я живу в пансионах. Раньше я жил со своими родителями. Я не испытывал нужды ни в собственном доме, ни в другом месте, где можно было бы укрыться. Что бы там ни было, я был один и не прилагал усилий к тому, чтобы у меня был собственный дом.

И еще: многие люди мне доверяют. Даешь им совет, они идут и вкладывают деньги, даешь еще один, они идут и открывают школы. Если бы у меня были большие возможности, многие бы говорили, что я живу за счет этих обеспеченных людей. Но я должен был уважать их благоволение ко мне. Поначалу у меня просто не было подходящего случая, чтобы завоевать мир, но я целеустремленно пытался завоевать сердца моих друзей, а завоевав их сердца, я понял, что мне уже не нужно завоевывать мир.

— Вы очень красиво сказали. Есть одна русская пословица: «Мужчина в жизни должен посадить дерево, построить дом и вырастить сына». В турецком языке есть что-нибудь похожее? Или Вы видите это как-то по-другому?

— И в турецком языке, и в нашей религии есть пословицы, похожие на эту. Например, Пророк Мухаммад сказал: «Даже если вы знаете, что все когда-нибудь исчезнет, и наступит конец света, а в ваших руках есть какой-нибудь росток, посадите его». И еще: «Женитесь, пусть у вас будут семья и дети. Я буду гордиться тем, что вас много». Одно из самых важных условий счастья человека — наличие у него хорошей второй половины и детей. Думаю, что так как эти вещи связаны с природой человека, они присутствуют во всех религиях.

— Как Вы думаете, какую жизнь должен прожить человек или какой должна быть жизнь человека?

— Это очень широкая тема, которую можно рассматривать очень глубоко. Я думаю, что, во-первых, человек должен верить. Потому что вера, заложенная в душу каждого человека, должна быть использована. Не на что-нибудь, а именно на веру в Бога. Потому что вера превращает душу человека в подобие рая. Что бы там ни было, человек не должен впадать в отчаяние и пессимизм. Он должен отставить свои переживания в сторону…

— Считается, что чем старше человек, тем больше он узнает, тем больше откровений открывается ему. Что открылось Вам и вдохновило Вас прежде всего?

— Мне сложно сейчас конкретно определить, но я могу сказать, что одна из самых важных вещей в моей жизни — это вера в необходимость религии и в то, что любовь — это насущная вещь в жизни людей.

— Французский писатель Лабри говорит: «Самый лучший руководитель, самый лучший правитель — это философ». По-Вашему, он прав?

— Философии тоже могут быть разными. Есть разные философские течения. Я думаю, что человек должен рассматривать все вещи с разных сторон, понимать, трактовать и озвучивать их. Но если мы будем считать, что философия, рассматривающая человека с одной стороны, например, с точки зрения позитивизма, рационализма, натурализма или реализма, не учитывает некоторые стороны человека, то толкование такой философии неверно. Вместе с философией с точки зрения представления мысленной жизни человека в мусульманстве зародилась наука «Калам». Это наука, которая предоставляет и доказывает людям некоторые истины. Мусульмане постоянно занимались этой наукой, занимались философией. Но это не абсолютная философия. Это философия, связанная с физическим и метафизическим миром, с телом и духом, с духовным миром человека и охватывающая ожидания человека от будущего, его желания и стремления.

— Наша программа называется «Доброе утро». Как начинается Ваш день? Что Вы делаете для того, чтобы Ваш день был добрым? Что Вы можете пожелать нашим людям?

— Конечно, все зависит от общества и от культуры. Люди нашей религии, нашей культуры начинают день с обращения к Богу, в волнении совершая омовение и намаз. С этой точки зрения начало нашего дня связано с религией. Для всех людей справедливо следующее: верить в совершение добрых дел, стараться наполнить свои сердца только хорошим, просыпаться каждый день с надеждой, верить, что тебя ждет только хорошее, быть решительным в своих поступках и довольствоваться малым. Думаю, что это должны быть те вещи, которые необходимы для начала хорошего дня.

— Насколько мы знаем, у Вас есть музей, который рассказывает о Вашей жизни. Если это возможно, мы могли бы его увидеть?

— Ну что Вы, это сложно назвать музеем. Есть подарки, которые мне дарили. Чтобы они не принадлежали мне, я отказывался от них в пользу народа. Небольшой музей, в котором хранятся эти вещи, есть в Измире, он состоит всего из одного помещения. Пока я живу здесь, мне тоже дарят подарки. Таким образом образовался маленький музей и здесь. Если объединить эти два музея, может быть, это было бы чем-то внушительным, но так как эти вещи находятся в разных местах, можно сказать, что там особо нечего смотреть. Желающие могут увидеть музей, который находится здесь. Для этого нет никаких препятствий. Тот, который в Измире, более крупный. Если побываете в Измире, посетите его.

— Нет ли у Вас желания посетить Россию? Если бы Вы приехали, с кем из людей, может быть из правительственных кругов, Вы хотели бы встретиться?

— Мне всегда хотелось приехать туда, но меня всегда мучил вопрос, не причиню ли я вреда процессам и событиям, которые там происходят. Потому что везде есть люди, в том числе и здесь, которые против меня. Наверняка, там они тоже есть. Поэтому во избежание неприятностей я думаю, что мне не стоит приезжать. Я не знаю, знают ли меня правительственные круги в Москве и захотят ли увидеться со мной. Мои друзья встречались там с представителями Министерства образования. Думаю, что по их рассказам меня знают. Состоялось открытие школы в Москве, там они тоже встречались. То есть какое-то заочное знакомство есть. Поэтому я бы прежде всего предпочел встретиться с людьми, которые знают обо мне.

— Если Вы приедете, можете рассчитывать на нас.

— Спасибо. Дай Бог.

— Я не знаю, как спланирован Ваш день, но думаю, что он расписан по минутам. Если Вы позволите, мы бы хотели сфотографировать Вас, когда Вы идете и разговариваете с людьми.

— Пожалуйста. Я не вижу причин, препятствующих этому. У меня обычная походка и внешний вид.

— Не обращайте на нас внимания. Большое Вам спасибо, нам было очень приятно.

(Толерантность религий и цивилизаций. Взгляды Фетхуллаха Гюлена. // Сост В.А. Ставицкий, Табасаранцев. — М: Экономика, 2012 г. — С.110-115)

Top