Фетхуллах Гюлен о неудавшейся попытке переворота в Турции: интервью для филадельфийского отделения Совета по международным делам

Фетхуллах Гюлен

Исламский проповедник Фетхуллах Гюлен, которого в Турции обвиняют в организации неудавшейся попытки июльского переворота, снова осудил репрессии турецкого правительства против своих последователей. Отвечая на вопросы в прошлый четверг, он сказал, что у него «разрывается сердце».

В интервью, записанном на видео для филадельфийского отделения Совета по международным делам, Фетхуллах Гюлен отметил, что турецкое правительство использует попытку переворота для оправдания преследования его последователей, которые, как он считает, «стали жертвами репрессий и тирании, нападок и незаконной конфискации частной собственности».

Ниже приводится транскрипт интервью с Ф. Гюленом:

Вы прекрасно знаете, что Турция играет большую геополитическую и стратегическую роль, и по этой причине считается неотъемлемым союзником Соединенных Штатов вот уже многие десятилетия. Как, по вашему мнению, должны реагировать США на последние политические события в Турции, касающиеся и попытки переворота, и начатой после этого кампании чисток в отношении оппозиционных элементов во всех слоях турецкого общества?

Действительно, Турция является членом НАТО с 1950 года. Частично это было желанием НАТО, частично продиктовано нашем уважением к этой организации, вместе с которой мы воевали в Корейской войне. Турция, несмоненно, имеет важное геополитическое значение. Местоположение Турции является критическим для миссии НАТО, которая построила инфраструктуру на территории страны для реализации этой миссии. Всем известна база Инджирлик, но инфраструктура не ограничена лишь этой базой.

В данный момент ситуация в Турции такова, что правительство заставило замолчать всех своих критиков, и теперь слышен лишь голос власти. Как следствие народ Турции и зарубежные наблюдатели введены в заблуждение. До сих пор имеет место неправильное понимание переворота из-за того, что [в публичном пространстве] слышен лишь один голос. Правительство интерпретирует произошедшие события исходя из собственных интересов.  Оно использует эти события для выражения своей давней антипатии по отношению к движению «Хизмет». Международные наблюдатели совершенно верно заметили, что списки тех, кто подлежит увольнению, аресту или задержанию, были подготовлены заранее. На самом деле, это выражение той злобы и ненависти, которую они копили в себе, но их действия были настолько преждевременными, что они не отдавали себе отчет, как это будет воспринято людьми. Эксперты и наблюдатели задают резонный вопрос: «Как вы можете задерживать тысячи людей на следующее утро после попытки переворота, называя их заговорщиками, вышвыривая их из их собственных домов, объявляя их путчистами? Вы хватаете людей, мужчин и женщин, в их домах и подвергаете их унизительным процедурам». Их злоба была настолько сильной, что они даже не смогли должным образом распланировать свои действия. Историки и социологи будущего будут анализировать эти события, и они будут названы черными страницами мировой истории.

Когда речь заходит о вещах, являющихся предметом международных отношений и дипломатии, то может возникнуть нежелание принятия мер, которые, в иных обстоятельствах, могли бы быть крайне разумными. Существует партнерство, длящееся уже 60 лет; обе страны совместно защищали демократию и вместе шли к ней. Эти отношения нельзя прерывать из-за одного инцидента.

Не могу себе представить, чтобы Соединенные Штаты положительно оценивали действия турецкого правительства. Мне кажется, они обеспокоены тем, что эти 60-летние отношения могут полностью прекратиться, сведя на нет все то, что было достигнуто, а также озабочены тем, что могут совершить дипломатическую ошибку. Но я не думаю, что все это будет продолжаться вечно. Может последовать негативная реакция и даже санкции со стороны всего мирового сообщества, со стороны Европейского союза и Европарламента.

Я считаю, что в определенный момент времени правозащитные организации, интеллектуалы, юридические организации могут возмутиться и заставить свои страны действовать, заявив «Все, хватит!». Возможно, осознав, что они не могут себе позволить полную изоляцию от мирового сообщества, турецкие руководители изменят политический курс страны.

Естественно, необходимо предпринять определенные дипломатические меры. Соединенные Штаты – это страна с 200-летним опытом управления населением, состоящим из различных этнических групп. Думаю, сейчас США воспользуются имеющимся у них опытом.

Есть много сообщений о том, что вы и ваши сторонники считались и считали себя союзниками Эрдогана и его партии, когда он впервые пришел к власти в Турции на волне кампании за существенные изменения в жесткой светской идеологии, которая доминировала в стране со времен Кемаля Ататюрка. Правда ли, что вы начинали как союзники? Если да, то что привело к сегодняшнему отчуждению?

Я никогда не был близок к Эрдогану и никогда не чувствовал близости к нему. Я знал Демиреля, который был сначала премьер-министров, а затем стал президентом. Я видел бывшего президента Исмета Инёню, но тогда я был еще ребенком, поэтому не могу говорить о своей симпатии или безразличии к нему. Но я знал господина Демиреля как политического лидера и уважал его, так как он продвигал демократию, права человека и умеренную форму секуляризма, не жесткую и агрессивную, а мягкую. Такую форму секуляризма, которая уважала бы каждого человека и любое мировоззрение. Это было необходимо для лучшей интеграции Турции в мировое сообщество. Затем к власти пришел господин Тургут Озал, который обещал то же самое. На него повлияла американская культура и он знал мир. У нас с ним была личная дружба, но более важным является то, что я поддерживал его из-за его обещаний. Покойный премьер-министр господин Бюлент Эджевит также продвигал демократию и пользовался уважением со стороны последователей движения «Хизмет». На самом деле, любой, кто поддерживал демократию и всеобщие права человека, получал поддержку со стороны движения.

Когда господин Эрдоган решил создать собственную партию, он встретился со мной. Это была наша первая личная встреча. Я дал ему советы касательно его взаимоотношений с господином Неджмеддином Эрбаканом – лидером партии, которую он собирался покинуть, а также касательно военных, которые к тому времени уже имели за плечами опыт нескольких переворотов и оказывали значительное влияние на внутреннюю политику. Я посоветовал ему не конфликтовать ни с господином Эрбаканом, ни с военными. Однако позже мне сообщили, что войдя в лифт после нашей встречи, господин Эрдоган сказал стоящему рядом человеку: «С этим движением нужно покончить при первой же возможности». Таким образом, несмотря на то, что движение в то время было значительно более малочисленным, оно все равно его раздражало.

Теперь, благодаря высказываниям людей, близких к Эрдогану, становится ясно, почему некоторое время они делали вид, что положительно относятся к движению. Они ожидали, что сторонники движения «Хизмет» по всему миру будут действовать как члены турецкого иностранного корпуса.

Сторонники движения «Хизмет» участвовали в диалоге, продвигали общечеловеческие ценности, организуя культурные фестивали и собирая все цвета мира вместе. Господин Эрдоган ожидал, что они будут продвигать его по всему миру, позиционируя его как великого лидера и в особенности – как лидера всех мусульман. Подобное продвижение индивида невозможно совместить с продвижением общечеловеческих ценностей.

Однако ему не понравилось такое отношение к себе. Несмотря на то, что последователи движения «Хизмет» по всему миру не были его противниками, он посчитал отсутствие активной поддержки с их стороны признаком противодействия.

После этого, за несколько лет до известного коррупционного скандала, он начал угрожать закрыть подготовительные курсы для поступления в вуз. Он сам признался, что поменял четырех министров образования, чтобы осуществить своей план, направленный против школ движения «Хизмет». Когда об антикоррупционном расследовании стало известно широкой публике, то во всем сразу же обвинили движение. Мне до сих пор неизвестно, кто прослушивал их переговоры. Были ли это местные спецслужбы или иностранные? Я не знаком с теми лицами, которые проводили расследование. Я узнал о них лишь после того, когда их начали показывать по телевизору. Однако за обвинениями в адрес движения последовали аресты и назначения государственных попечителей в частные компании. Эти так называемые попечители использовали свои посты для преследования людей и конфискации их собственности. Правительство заставило замолчать людей, которые говорили правильные вещи. Все это происходило еще до недавней попытки переворота. Теперь стало ясно, что все это время [Эрдоган] стремился установить режим единоличного правления. Надпись на стене турецкого парламента гласит: «Верховная власть безраздельно и безоговорочно принадлежит нации». Именно такой власти Эрдоган жаждет для себя. Он до сих пор не отказался от своих амбиций.

В одно время он использовал судебную систему, чтобы взять под свой контроль часть армии. Добившись этого, он развернулся в обратную сторону, выпустил военных из тюрем, заключил с ними союз, в т.ч. и с маоистами, чтобы затем нанести удар по тем же самым судьям, на которых он до этого опирался [для достижения своих целей]. Он в открытую использовал язык вражды в своих речах и клеветал на людей.

Аналогичным образом он воспользовался недавними июльскими событиями. В будущем, когда историки и социальные психологи будут анализировать эти события, людям раскроется вся чудовищная суть произошедшего.

Повлияло ли ваше нежелание поддержать Эрдогана в его стремлении к президентской системе правления на раскол между ПСР и движением «Хизмет»?

Я не чувствую себя достаточно компетентным, чтобы комментировать президентскую форму правления, но я не считаю подходящей для Турции ту систему, к которой они стремятся. Такая система может привести к поляризации и расколу в обществе. Вместо этого следует сделать существующую систему более демократичной. Я неоднократно высказывал пожелания, чтобы они изучили законы Соединенного Королевства, конституцию Соединенных Штатов и учли все это при подготовке турецкой конституции. Я считаю это важным для интеграции в мировое сообщество. Как следствие имеющихся у меня опасений, они не смогли получить ту поддержку, которую ожидали от меня. Возможно, это сильно раздражало его, так как он стремился к абсолютной власти и рассматривал себя в качестве лидера всех мусульман мира. Его окружение постоянно восхваляло его. Не получив искомой поддержки, они, возможно, были крайне раздосадованы.

Из событий и политики, проводимой Соединенными Штатами на Ближнем Востоке и во всем исламском мире после 11 сентября, многие американцы, придерживающиеся различных политических взглядов, извлекли следующий урок: давняя американская стратегия времен холодной войны, при которой правление любого дружественного диктатора в условиях общественной стабильности предпочтительнее ситуации выхода на арену диких и беспорядочных сил в результате раскола диктаторской стабильности, несмотря на возникающие в данном случае проблемы с соблюдением прав человека. Если бы у вас была возможность дать совет американскому народу касательно роли Соединенных Штатов на Ближнем Востоке и во всем исламском мире, склонились ли бы вы в сторону поддержки стабильности любой ценой, выбрав меньшее из зол, или поддержали бы действия, направленные на то, чтобы права человека в этих обществах не ограничивались?

В Соединенных Штатах имеются стратегические мозговые центры. На протяжении многих лет они выполняли функцию целеуказания на мировом уровне. Благодаря этому управленческому опыту, как представляется, последнее слово касательно данного вопроса должно быть за ними. С тоталитарной системой можно временно смириться, рассматривая ее как меньшее из зол. Но вместе с тем, можно попробовать сделать  все возможное, чтобы помочь стране выйти из водоворота, заручившись поддержкой мирового сообщества и посредством реальных мер. Если это долгосрочный план, то в краткосрочной перспективе тоталитарную систему можно потерпеть. Но вообще не обращать внимания на такую систему – это неуважение к человечеству.

Есть пять основ, которые стремятся защищать религия и современные правовые системы: жизнь и физическое здоровье, религия, умственное здоровье, семья и честь, а также собственность. Можно добавить шестую основу – это свобода…    Лишь свободный человек является настоящим человеком. Лишать свободы человека значит проявить неуважение ко всему человечеству. А это именно то, что происходит сейчас в Турции. Попираются права человека. Я прошу прощения, но сообщают даже об изнасилованиях [в следственных изоляторах]. Трупы людей складируются в кучи. Некоторых даже не разрешают похоронить достойным образом.

Большинство американцев, равно как и людей по всему миру, впервые услышали о вас и вашем движении ночью 15 июля, когда президент Эрдоган обвинил вас в организации попытки военного переворота в Турции. Что следует знать нашей аудитории и другим заинтересованным гражданам о вас, вашей биографии и вашем движении, чтобы взглянуть на имеющиеся противоречия в надлежащем контексте?

Последователи движения «Хизмет» по всему миру открыли школы, в которых нет расовой дискриминации, в которых ценят каждого человека просто потому, что он является человеком. На фоне современного оружия [массового поражения], эти школы, с Божьей помощью, пытаются сблизить людей, способствуя их диалогу и примирению, блокируя пути, ведущие к конфликтам. Как было отмечено одним выдающимся ученым в начале прошлого столетия, у нас есть три основные проблемы: первая – это бедность, которая исторически привела к борьбе между коммунистической и капиталистической системами. Предотвращение бедности [может быть достигнуто] путем установления систем инвестирования, чтобы каждый, так или иначе, имел бы средства к существованию. [Необходима] Борьба с бедностью, с невежеством, конфликтами и поляризацией общества, возникающей из-за нетерпимости. Это проблемы всего человечества… Лучшим способом предотвращения конфликтов с катастрофическими последствиями является совмещение белого с черным, синим, розовым и оранжевым. Можем ли мы полностью предотвратить такие конфликты? Тем не менее, мы должны сделать все возможное, а затем положиться на Бога. Именно эта идея легла в основу движения «Хизмет».

Люди, посвятившие себя движению «Хизмет», действовали с подобными намерениями. Каким образом мы можем убедиться в этом? Думаю, последние события в Турции иллюстрируют это как нельзя лучше. Учреждения, основанные движением «Хизмет», были конфискованы. Люди стали жертвами репрессий, тирании, нападок и незаконной конфискации частной собственности. У меня разрывается сердце. Речь идет [в том числе] об учреждениях, в которых я проживал, на строительстве которых работал в качестве рабочего. Все они были конфискованы. Они вышвырнули на улицу всех людей [, которые в них работали]. Имущество, компании владельцев бизнеса были переданы в собственность государственному регулятору. Все это очень расстраивает. Это печалит и меня, и вас, и многие тысячи людей. Тысячи человек находятся в следственных изоляторах, страдая от отсутствия еды и питья. Несмотря на все эти притеснения, ни один человек [из движения «Хизмет»] не попытался нанести ответный удар. Если это не доказательство того, что это движение является гуманитарным, то тогда, как мне кажется, мы имеем дело с серьезной слепотой.

washingtonpost.com

Top