Джеймс Харингтон: Военные – недружественность по отношению к демократии

Harrington-5

Несмотря на то, что Ататюрк предостерегал вооруженные силы страны от вмешательства в политику, его совет был проигнорирован. Турция имела несчастье пережить целую серию государственных переворотов с момента проведения в 1950 г. первых демократических выборов в истории страны. В общей сложности Турция прошла через три «тяжелых» военных переворота (в 1960, 1971 и 1980 гг.), во время которых власть в стране напрямую переходила в руки военных, и один так называемый «мягкий» переворот («постмодернистский» переворот 1997 г.). Во время последнего переворота военные осуществили смену правительства с помощью медиа ресурсов, электронных писем и т.п. Все военные перевороты стали серьезным тормозом на пути страны к демократии и ослабили институты государственного управления.

Первый военный переворот в 1960 году был кровавым и беспощадным. Турецкая военная хунта казнила первого демократически избранного премьер-министра Турции Аднана Мендереса, двух его министров, четырех главных редакторов газет и тысячи других людей. Фотографии повешенного Мендереса обошли все газеты. Многие представители этого «потерянного поколения», как его называют турки, были казнены, но еще большее число жертв переворота прошло через пытки и тюрьмы.

Аднан Мендерес пользовался огромной популярностью и прослужил премьер-министром два срока подряд, однако его популизм раздражал военных, выступающих за радикальный секуляризм. Хоть он и не был соблюдающим мусульманином, военные представили его как человека, стремящегося установить в стране теократический режим, что проявлялось, помимо прочего, в отмене закона, предписывавшего оглашать призыв к молитве (азан) на турецком, а не арабском языке. Мусульмане считают, что призыв к молитве на арабском языке в большей степени соответствует духу их веры.

17 сентября 1990 г., в день 29-й годовщины его казни, Мендерес был посмертно реабилитирован. Его прах был перенесен в мавзолей, находящийся в Стамбуле. Аднан Мендерес является одним из трех политических лидеров Турецкой Республики (наряду с Ататюрком и Тургутом Озалом), тела которых покоятся в мавзолеях, построенных в их честь.

Путч 1971 г., известный под именем «переворота с помощью меморандума», оглашенного военными вместо отправки танков, как это было сделано в предыдущий раз, произошел на фоне растущего напряжения внутри страны, но, в общем и целом, мало способствовал нормализации ситуации. 12 марта 1971 г. военные вынудили премьер-министра и правительство уйти в отставку, и посадили в кресло премьер-министра Нихата Эрима, перед которым была поставлена задача сформировать новое правительство. В ту пору множество людей, особенно интеллектуалов, представляющих все части политического спектра, за свои политические убеждения попали под следствие, предстали перед специальными военными судами, прошли через пытки и тюремные заключения. Многие пропали без вести, попав в руки военных или оказавшись в тюрьме.

Военное правительство пришло к власти в сентябре 1980 г., в период эскалации насилия, вызванного политическим противоборством студенческих групп. В Турции погибли тысячи молодых людей. Военные стабилизировали ситуацию и приняли бразды правления. До сих пор отсутствует ответ на вопрос о том, зачем военным понадобилось брать власть в свои руки вместо того, чтобы просто остановить насилие. Этот переворот был жестоким, кровавым и затронул множество людей. Тысячи людей были приговорены к смерти, а многие тысячи – подвергнуты пыткам. Еще одно «потерянное поколение». Правомочный совет, в который входили шесть членов Совета национальной безопасности и назначенные ими члены, подготовил проект новой конституции, которая была принята подавляющим большинством голосов (91,5%) на прошедшем в ноябре 1982 г. референдуме. Это был единственный способ пусть медленно, но вновь начать идти по направлению к демократии. Военное правление постепенно сошло на нет, но армия фактически продолжала контролировать страну.

28 февраля 1997 г. произошел невооруженный переворот, широко известный под названием «постмодернистского» путча, в результате которого коалиционное правительство, возглавляемое происламской Партией благоденствия, было отправлено в отставку. Название «постмодернистский» этот путч получил из-за своих отличий от трех предыдущих переворотов, в которых власть полностью переходила к военным. В 1997 г. военным достаточно было лишь поиграть своими внушительными мускулами и получить то, что они хотели. Особой мишенью для атак стали журналисты; кроме того, военные устроили экономический бойкот бизнесменам, которые находились вне сферы их влияния. Этот переворот был более тщательно продуманной и действенной операцией.

Об ее тщательной продуманности говорит, помимо прочего, тот факт, что в конце 1990-х гг. военные начали проводить широкомасштабные «образовательные семинары» для прокуроров и судей, которые зачастую проходили в зданиях, принадлежащих военному ведомству, и никогда – в помещениях судов. На них «обсуждалась» роль прокуроров и судей в деле сохранения секуляристского режима. Иногда ведущие семинаров упоминали имя Гюлена, а иногда его фотография, наряду с изображениями других людей, демонстрировалась на экране во время обсуждения предполагаемой религиозной угрозы для государства. Долгие годы аналогичная программа, во время которой ее участникам показывали видео с участием Гюлена, проводилась военными и для новобранцев. Посыл всего этого был очевиден.

В те годы значительно возросло давление на религиозных людей. В рамках «процесса 28 февраля», как его иногда обтекаемо называют, Совет национальной безопасности принял решение ликвидировать все религиозно-мотивированные движения, в которых он видел угрозу секуляристскому режиму. Военные начали каждый год проводить чистки в своих рядах, увольняя тех военнослужащих, которые подозревались в религиозности и недостаточном секуляризме, причем увольняемые не могли оспорить это решение, несмотря на то, что в одно мгновенье лишались средств к существованию. Считается, что за эти годы чисткам были подвергнуты около 1600 военнослужащих. Дискриминация также проникла в систему государственной и муниципальной службы.

Помимо вмешательства в политику, вооруженные силы Турции долгие годы оттачивали свое экономическое мастерство и превратились в «коммерсантов в погонах» – витрину военно-промышленного комплекса. Показательным символом этого стал Фонд Вооруженных сил Турции. Он получает государственные субсидии и имеет налоговые льготы, продолжая наращивать свою экономическую мощь. Возможно, наилучшим примером этого является его партнерство с французским концерном Renault, производящим автомобили и оборудование. Посредством этого партнерства французский и турецкий военно-промышленные комплексы поддерживают друг друга.

Джеймс Харрингтон

Из книги «Wrestling with Free Speech, Religious Freedom, and Democracy in Turkey: The Political Trials and Times of Fethullah Gulen» (2011, pp. 24-27)