Беспечность и поминание Аллаха

Лекция Фетхуллаха Гюлена из серии «Пронзительная струна» от 21 июня 2010 года. В этой лекции Ходжа-эфенди отвечает на два вопроса, касающихся взаимосвязи между поминанием (зикр) и беспечностью. Отвечая на первый из них, он говорит о значимости различных видов зикра для рассеивания беспечности, а в ответе на второй вопрос подчеркивает значимость сосредоточенности на служении, невзирая на факторы, толкающие к небрежности в этом отношении.

ВОПРОС: Уважаемый учитель! Вы сказали, что если и есть эликсир, разгоняющий беспечность, то это зикр («поминание»). Принимая во внимание множественность видов и причин беспечности, можно ли вести речь о различных зикрах применительно к вариациям беспечности?

[Арабское] слово «гафля«[, означающее, в том числе, «беспечность»], вошло и в наш язык. Думаю, нет нужды объяснять его смысл. Если человек не в состоянии увидеть, услышать, почувствовать суть чего-то, понять тот путь, которым он следует, осознать в полной мере обязанности, предполагаемые нахождением на этом пути, [если он] ведет себя пренебрежительно, не видит / не знает своего исхода или не волнуется за него — всё это называется беспечностью.

Существуют значимые [виды] оружия против беспечности. [Например,] ее разгоняет индуктивное, ретроспективное, перспективное мышление. Призыв на молитву, если у вас имеется готовность в этом плане и отсутствует рассеянность, может разогнать вашу беспечность, подготовить и направить вас к намазу, [и] еще на пути в мечеть вы преисполнитесь воодушевления. Бывает, что при совершении омовения во дворе мечети у вас возникает или вызывается кем-то, находящимся рядом, ассоциация, связанная с чем-то возвышенным, вас переполняет воодушевление и вы попадаете в особенный мир, вы [чувствуете себя] словно разгуливающим в ином измерении того мира, в котором живёте. Когда вы слушаете задушевное возвещение о начале молитвы, становитесь свидетелем искреннего такбира, слушаете, как имам сердечным голосом читает суру «Открывающая», всё это в той или иной степени в пух и прах разносит то, что мы называем беспечностью, [эту] пелену на глазах, [это] состояние, при котором человек смотрит, но не видит, слушает, но не слышит, трогает, но не осязает, и возвращает вас к своей самости, и вы уже можете стать [самими собой].

В зависимости от способностей [людей, их] природы [и] оснастки [эффективными могут быть] различные [средства преодоления беспечности]; у каждого может быть [свой рецепт]. [Но] самым важным [средством] в этом отношении является зикр — поминание Аллаха. Суфии, как правило, повторяют отдельные имена Аллаха, образуя круг (халка) [и] в рамках [коллективных богопоминаний] «хатм-и хаджеган«. При этом есть у этого [дела] и [свой] формат, который оказывает соответствующее воздействие [на участников богопоминания]. Это не просто повторение слов «Нет божества, достойного поклонения, кроме Аллаха» или произнесение иных [фраз, например,] «Пречист Аллах!», «Хвала Аллаху!», «Аллах — Величайший!» [или] «Пречист Аллах и хвала Ему! Пречист Аллах Великий!» (возможно, это славословие повторяют / произносят [лишь] немногие). Дело не только в этом — если [поминающие Аллаха] люди держатся за руки, то они, в некотором роде, делятся друг с другом [своим] воодушевлением.

Как я постоянно повторяю по различным поводам, [в случае с намазом] либо имам должен читать Св. Коран с воодушевлением, [и], в некотором роде, всем сердцем привязаться к Аллаху, всё суетное должно исчезнуть и он должен погрузиться [в это состояние], и [тогда] это воодушевление, в той или иной степени, перейдёт и на стоящие за ним ряды [молящихся], либо в [одном из] этих рядов должен быть тот, чьё сердце установило связь с Аллахом — пусть он зарыдает и это тотчас же распространится среди молящихся, став для каждого [из них] чем-то вроде наставления. [Его слезы] станут предупреждением для каждого и каждый обретет бдительность; такой воодушевленный человек будет восприниматься молящимися словно сигнал, пробуждающий всех [со словами]: «Проснитесь! Придите в себя! Избавьтесь от этого пренебрежения!». Так вот, этот формат является важным и в [поминании Аллаха: в процесс] включается и [сам] руководитель богопоминанием (сарзакир), произнося [слова поминания Аллаха] должным образом и искренне, и это воздействует на остальных. Такое богопоминание разгоняет беспечность.

Наряду с тем, что Св. Коран говорит о богопоминании, он и сам, по сути, является зикром — так его называют[1]. Кроме того, зикр — это в то же время и размышление путем поминания чего-то, это не только проговаривание каких-то [словесных формул], но и вспоминание о чем-то [или ком-то], например, воспоминания о Сааде ибн Муазе, вспоминание о геройстве и гибели Мусаба ибн Умайра [и так далее]. Подобные воспоминания оказывают весьма серьезное влияние, способное разогнать беспечность, [и тогда] человек начинает чувствовать то, что должен чувствовать. Ну а самое главное — это познание человеком самого себя, то есть переход, [в соответствие с высказыванием] «Познавший себя познал своего Господа»[2], от самопознания и правильного «прочтения» себя с точки зрения своего статуса к познанию Всевышнего Аллаха. Все вышесказанное можно рассматривать в рамках категории «зикр«.

«И напоминай, ибо напоминание приносит пользу верующим» (51:55). «Напоминай!» — говорится в аяте. Эти [однокоренные со словом «зикр«] слова, адресованные Пророку, не предписывают ему поминать Аллаха, [например,] пойдя на рынок и повторяя фразу «Нет божества, достойного поклонения, кроме Аллаха» — нет, ему велено напоминать об этом различными способами и в разных вариациях, ведь это «приносит пользу верующим». Здесь говорится именно о верующих, а значит мы постоянно нуждаемся в напоминании. Пусть я повторюсь, но вы можете свести это к вопросу «разговора о Возлюбленном». Иначе говоря, постоянно напоминать, памятуя о том, что у нас есть обязанность постоянно напоминать друг к другу о некоторых моментах[, и не забывая о том,] что это может привести к крайне значимым результатам[, а также] сторониться развязности и пустословия.

Ни в коем случае нельзя ввязываться в [разговоры о] злободневном — они подобны бездонной [бочке] и отдаляют вас от самих себя. Ну а если вы отдалитесь от самих себя, то [Св. Коран предостерегает от уподобления тем, которые] «забыли Аллаха, и Он заставил их забыть самих себя» (59:19). [Эти люди], в некотором роде, впали в беспечность, они забыли Аллаха и Он заставил их забыть самих себя, Он обрек их на их ограниченность — на ограниченность их мышления, их логики, их телесности, их плоти. Поэтому верующие должны постоянно [делать напоминания] друг другу по этому поводу, считая это своей обязанностью, постоянно [следовать аяту] «И напоминай, ибо напоминание приносит пользу верующим» (51:55). А какой аят идёт следом? «Я сотворил джиннов и людей только для того, чтобы они поклонялись Мне» (51:56) — [следует] постоянно обращать взоры на поклонение и [внеопытное] познание [Творца]. Каждый должен познать Аллаха в той определенной степени, в которой это ему удастся сделать.

ВОПРОС: В 28-м аяте суры «Пещера» Всевышний Аллах говорит следующее: «Будь же терпелив вместе с теми, которые взывают к своему Господу по утрам и перед закатом и стремятся к Его Лику. Не отвращай от них своего взора, желая украшений этого мира, и не повинуйся тому, чьё сердце Мы сделали небрежным к Нашему поминанию, кто потакает своим желаниям и чьи дела окажутся тщетными» (18:28). Только ли многобожники относятся к тем беспечным, на которых с точки зрения связи между поминанием Аллаха и беспечностью указывается в конце этого Господнего послания?

Краткий смысл [рассматриваемого аята] таков: «Будь же терпелив вместе с теми, которые взывают к своему Господу по утрам и перед закатом и стремятся к Его Лику» — это такие люди, которые желают Аллаха и Его довольства; в этих [словах] содержится похвальба и прославление в адрес сподвижников. «Не отвращай от них своего взора, …» — смотри на них, а не в какую-то иную сторону (а в другом аяте сказано: «И не простирай глаз своих…» (20:131)). «…желая украшений этого мира,…» — не смотри в иную сторону, словно ты желаешь мирской жизни. Так делают те, кто желает мирской жизни, ну а ты, конечно же, не таков, ведь ясно, что будь оно иначе, ты бы не спал на одеяле и не лежал на циновке, ты бы не жил в тесной комнатушке, которую могли бы заполнить трое лежащих — [всё это] говорит о том, что мирской жизни ты не желаешь. В этих словах содержится напоминание нашему Пророку (с.а.с) об его характере и о его человеческой глубине, и посредством его наставничества желаемое [послание] доносится до его общины.

«… и не повинуйся тому, чьё сердце Мы сделали небрежным к Нашему поминанию,…» — [и] речи не идет о том, что он повиновался [бы подобным людям, но] какие-нибудь смутьяны могли вознамериться предложить что-то такое нашему Пророку (с.а.с), например: «Давай получим это, давай обретём то… Если заручиться поддержкой такого-то, то мы станем сильнее… Если проявить такую-то любезность к такому-то, то мы обретем такую-то силу [и т.п.]», и аят словно говорит: «Не слушай ничего из этого, выкинь всё это из головы!». «…кто потакает своим желаниям и чьи дела окажутся тщетными» — никогда не живший сбалансировано, впадая то в чрезмерность, то в нерадивость, несчастный, живущий в смешении дня и ночи, в смешении света и мрака, не является тем, за кем стоит следовать, к чьим словам стоит прислушиваться и на чьи мысли стоит ориентироваться.

Мы [точно] не знаем, чьи и какие именно слова, сказанные Пророку (с.а.с.), стали причиной ниспослания этого аята. Однако могло быть и так, что некоторые из многобожников, явившись к [Пророку,] предложили ему прогнать окружавшую его бедноту[3] — дескать тогда они, знать, олигархическое меньшинство, стоящее на высшей ступени кастовой системы, стали бы приходить к нему, а если придут они, то в любом случае и остальные последуют за ними [под воздействием] психического состояния масс. В лице Своего посланника (с.а.с.) [Аллах] предостерегает нас, пророческую общину, относительно одного из этих факторов.

Скажем, вам могут предложить: «Займитесь теперь другими делами помимо того, что вы делаете, например, тесно сотрудничайте с управленцами со всех сторон [политического спектра], попытайтесь проникнуть в их ряды, займите различные посты и должности, станьте депутатами и министрами и т.д.». [В сущности,] ничего плохого в занятии этих [должностей и] выполнении этих [функций] может и не быть: если тем самым осуществляется управление населением [и] государством, то в этом есть нужда — это отдельный момент. Но, как мне кажется, не этим должны заниматься люди, полностью [отдавшие себя] служению, посвятившие себя делу правильного представления правильного ислама, искоренения неправильных пониманий и обеспечения его правильного понимания человечеством. Что бы они ни делали, они должны быть ориентированы на претворение в жизнь указанных высоких идеалов.

«Проводите какое-то время вместе с ними, немного льстите им и пускайте пыль в глаза, выполняйте какие-то их мирские пожелания, чтобы они помогали вам в делах, связанных с жизнью вечной» — подобные предложения всегда могут вскружить голову, затуманить взоры, рассеять [концентрацию]. [Но] я считаю, что нашей обязанность является именно то[, о чём я сказал выше], мы обязаны до конца своей жизни заниматься тем, что мы делали до сих пор, и всё прочее не должно нас особо интересовать. Некоторым слабохарактерным людям подобные предложения могут поступить, и они, как мне кажется, могут отнестись к ним благосклонно. Есть люди, которым ничего не скажешь, которые не станут нас слушать, но всё же главное — это наш путь [и], с точки зрения его особенностей,  просвещение (иршад), оповещение (таблиг), указание на истину. Мы должны проявлять терпение как по отношению к этому делу, так и по отношению к образу действий наших товарищей, которые вплоть до сегодняшнего дня претворяли его в жизнь вместе с нами. Мы не должны смотреть по сторонам и гнаться за иными желаниями. Своим пречистым высказыванием Аллах призывает нас к концентрации, к сосредоточению усилий на определенной точке, к фокусированию на нашем пути, к мысли о том, что у нас — лишь [по] две руки, и будь их [даже] четыре, этого едва хватило бы для данной миссии.

«И пусть те, которые лишены убежденности, не находят тебя легковесным» (30:60) — пусть люди, которым не посчастливилось обрести убежденность, не низводят вас до состояния существ, которых можно гнать то туда, то сюда, перебрасывать отсюда в другое место и повсюду использовать, до состояния сора [под ногами], до состояния людей, скачущих то там, то сям. Стойте там, где стоите, и продолжайте заниматься служением так, как вы это делали — в подобных вот смысловых рамках, как представляется, нам преподносится урок. А Аллах знает лучше!

ПРИМЕЧАНИЯ:

[1]  См. напр.: «Воистину, Мы ниспослали Напоминание (аз-Зикр), и Мы оберегаем его» (Св. Коран, 15:9); «А тебе Мы ниспослали Напоминание (аз-Зикр) для того, чтобы ты разъяснил людям то, что им ниспослано, и для того, чтобы они призадумались» (Св. Коран, 16:44) и др. 

[2] Большинство хадисоведов считает, что данное высказывание не принадлежит Посланнику Аллаха (с.а.с.); высказывались мнения, что это слова Яхьи ибн Муаза ар-Рази или Абу Саида аль-Харраза. Вместе с тем, имам аль-Аджлуни приводит и сведения о том (Кашф аль-Хафа, 2/262), что в суфийских источниках эти слова приписываются Пророку (с.а.с.) – так, в частности, считал Ибн Араби (Футухат, 1/460 и др.); кроме того, похожее сообщение приводится в качестве хадиса и в работе имама аль-Маварди «Адаб ад-Дин вад-Дунья».

[3] Имам аль-Куртуби в своем комментарии к Св. Корану приводит со ссылкой на аль-Вахиди и ас-Суюти рассказ Салмана аль-Фариси о том, что Уайна ибн Хисн и аль-Акраа ибн Хабис предложили Пророку (с.а.с.) учить их исламу, поставив при этом условие, что во время их бесед с Пророком рядом не будет неимущих мусульман, которые по причине своего бедственного положения не имели другой одежды, кроме шерстяных халатов. По этому поводу Всевышний Аллах ниспослал 27, 28 и 29 аяты суры «Пещера». Получил Божественное откровение, Посланник Аллаха (с.а.с.) тотчас же отправился искать этих бедняков из числа своих сподвижников, и найдя их поминающими Господа на задворках мечети, воздал хвалу Аллаху и пообещал, что всю свою жизнь он будет вместе с ними и умрет среди них.  См.: Imam Kurtubi. El-Camiu li ahkami’l-Kur’an. Istanbul: Buruc Yay., 2000, Cilt 10, S.589.

Top